Разрушительная любовь

– Хотите сказать, вы не желаете править, ваше величество? – поддразнила я. – А могли бы стать королевой и увидеть собственное лицо на почтовой марке.

Бриджит рассмеялась.

– Нет, спасибо. Сколь ни заманчива почтовая марка с моим лицом, я бы предпочла немного свободы, – она бросила мрачный взгляд в сторону Риса. – Если только у моего телохранителя нет других планов.

– Он суров, но зато горяч, – театральным шепотом сказала Джулс. – Не в обиду Буту, просто ух! – Она обмахнулась рукой.

– Ты думаешь только об этом? – спросила Бриджит, разрываясь между раздражением и смехом.

По лицу Джулс проскользнула тень, но сразу исчезла.

– Большую часть времени. Люблю думать о приятных вещах. Кстати, об этом… – она повернулась ко мне. – Где герой-любовник?

Я закатила глаза, и по моим щекам разлилась краска.

– Не называй его так, и он занят управлением компанией. У него нет времени на студенческие фестивали.

– Уверена? – Стелла дернула подбородком в сторону чего-то у меня спиной.

Я обернулась, и сердце подпрыгнуло в груди: позади меня стоял Алекс. В кашемировом синем свитере и джинсах, он выделялся своей изысканностью среди толп пьяных студентов и потрепанных профессоров.

Я не сдержалась и бросилась к нему в объятия.

– Я думала, у тебя работа!

– Закончил пораньше, – он поцеловал меня в губы, и я вздохнула от наслаждения. – Я скучаю по Осеннему фестивалю.

– Ага. Уверена, именно по нему ты и скучаешь, – поддразнила Джулс.

Подруги смотрели на нас с восхищением, и я поняла, что они впервые видят нас в качестве… пары? Я не знала, как называть наши отношения. «Пара» звучало слишком скучно, но, видимо, мы были именно ею.

Мы ходили на свидания, болтали по ночам и занимались диким, горячим сексом. Мы с Алексом Волковым были парой.

Бабочки в животе затрепетали от восторга.

Алекс пробыл с нами до конца фестиваля. Он отказывался играть в большинство фестивальных игр, но мы уговорили его сфотографироваться в тыквенной фотобудке.

– Ты понимаешь, что это наши первые совместные фотографии? – Я триумфально помахала снимками. – Если ты не повесишь их в гостиной, я обижусь."

"– Даже не знаю. Ты не слишком вписываешься в интерьер, – мягко ответил он.

Я шлепнула его по руке, заслужив редкий смешок. Стелла чуть не поперхнулась какао от изумления.

День прошел идеально: отличная еда, отличная погода, отличная компания. Единственная неприятность случилась, когда Алекс порезался обо что-то острое в одной из палаток. Порез оказался настолько глубоким, что по пальцу потекла кровь.

– Ерунда, – сказал он. – Просто царапина.

– У тебя идет кровь, – я положила руки на бедра. – Нужно промыть и перевязать рану. Пошли.

Мой тон не допускал возражений.

Я не позволю ему расхаживать с кровоточащей раной на руке.