Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий

Очередной экспресс, сбросив скорость, прибывал к перрону. Открывались двери, пассажиры выходили один за другим на перрон. Даже созерцание этой сцены наполняло душу Цкуру гармонией и покоем. А выяснив, что поезд еще и прибыл точно по расписанию, пусть эта станция построена и не им, он испытывал тихую и скромную гордость. Вот бригада уборщиков проворно забегает в вагоны, собирает мусор, возвращает в вертикальное положение спинки сидений. Смотрители в фуражках и униформе проворно передают вахту сменщикам, и те начинают готовиться ко встрече следующего поезда.

Наружные табло вагонов меняют пункт назначения, зажигаются новые номера. Все происходит по секундам, в установленном порядке, без задержек, без лишних движений. Это и есть мир Цкуру Тадзаки.

На вокзале Хельсинки он сделал то же самое. Раздобыв простенький буклет с расписаниями поездов, сел на скамейку и, потягивая кофе из картонного стаканчика, разглядывал прибывающие и отходящие поезда. Сверял с расписанием, откуда пришел и куда уходит очередной состав. Наблюдал, как пассажиры выходят из вагонов и спешат куда-то по платформе.

Отслеживал движения станционных смотрителей. И благодаря всему этому постепенно обрел привычный покой. Время снова потекло размеренно и плавно. И если не считать, что здесь не горланили объявления по вокзальному радио, все было так же, как на Синдзюку. Вероятно, на всем белом свете порядок управления железнодорожными станциями более-менее одинаков. Точный, отлаженный, профессиональный порядок, от которого в сердце Цкуру зарождается ощущение великой причастности. Он – в правильном месте. В том нет никаких сомнений.

Во вторник Цкуру Тадзаки закончил работу в девятом часу. Кроме него, в конторе уже никого не осталось. Никакой срочной работы, ради которой стоило так задерживаться, у него не было. Просто в среду он должен встретиться с Сарой – а значит, сегодня неплохо бы решить пару-тройку завтрашних задач. Покончив с ними, он выключил компьютер, запер в ящике стола самые важные диски и документы, погасил в офисе свет. И, раскланявшись со знакомым охранником, двинулся к выходу.

– Поздновато вы сегодня, – только и сказал ему охранник.

«Может, поужинать где-нибудь?» – подумал он. Но есть не хотелось. С другой стороны, не тянуло и домой вот так сразу. И он двинулся к станции «Джей-Ар Синдзюку». Купил, как обычно, в вокзальном киоске черный кофе в картонном стаканчике. И хотя в духоте летнего токийского вечера пот струился у него по спине, дымящийся кофе он все же любил куда больше холодного. Сила привычки.

На 9-й платформе, как и всегда, готовился к отправлению последний экспресс на Мацумото.