Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий
Он был юн, об окружающей жизни знал еще очень мало. Да и новый токийский мир сильно отличался от среды, в которой он вырос. Мегаполис оказался куда огромней, чем он себе представлял. Слишком большой выбор того, чем можно заняться, слишком непривычно общаются друг с другом люди, слишком быстро несется жизнь. Из-за всего этого он никак не мог настроить баланс между собой и окружающими. Но главное ― в те годы ему еще было куда возвращаться. Садишься на Токийском вокзале в «Синкансэн» ― и через каких-то полтора часа прибываешь в «нерушимый оплот гармонии и дружбы». Туда, где время течет неспешно и всегда ждут те, перед кем еще можно распахнуть душу.О том, что это место бесследно исчезло, он узнал на втором курсе, во время летних каникул.
По натуре отец был человеком замкнутым (по крайней мере, дома рта почти не раскрывал), да и в семье появлялся редко – вся жизнь на работе. Хотя теперь Цкуру не исключал, что у папаши просто были женщины на стороне.
Для Цкуру этот человек был не столько отцом, сколько изредка гостившим в их доме богатым дядюшкой. Воспитанием Цкуру занимались мать и сестры. Какую жизнь вел отец, что ценил, во что верил, чем именно занимался изо дня в день, Цкуру представлял очень смутно. Знал только, что родился в Ги́фу, в раннем детстве остался круглым сиротой, его взял на воспитание дядя, буддийский монах, потом он кое-как закончил школу, основал свою фирму, в бизнесе преуспел и сколотил неплохой капитал, который в конце концов и достался Цкуру в наследство.
Каждый день отец выкуривал более полусотни сигарет и умер от рака легких. Когда Цкуру навещал его в больнице при одном из университетов Нагои, отец уже не говорил ни слова. Именно тогда, казалось, он хотел о чем-то рассказать, но не мог. Пролежал на больничной койке около месяца и скончался. Оставив Цкуру двухкомнатную квартиру в Дзиюгаоке, кругленькую сумму на банковском счету – и механические часы «Таг Хойер».
Впрочем, нет – после него осталось еще кое-что.
Когда Цкуру объявил, что хочет поступать в Токийский политех, отец, конечно, расстроился, поняв, что сын не собирается наследовать его бизнес. Но и порадовался желанию отпрыска стать инженером.
– Ну что ж, – сказал он, – поступишь в столичный вуз – оплачу твою учебу. В конце концов, инженеры создают что-то реальное, а это всегда хорошо. Будешь полезен для общества. Выучись как следует и строй отличные станции. А я буду рад, что назвал тебя «Цкуру» не напрасно.
То был единственный раз, когда отец порадовался за Цкуру – или, по крайней мере, выказал свою радость в открытую."
"Ровно в девять, строго по расписанию, экспресс на Мацумото отошел от перрона. Не вставая со скамейки, Цкуру провожал его глазами, пока тот, набрав скорость, не растворился в летней ночи. Как только исчез последний вагон, темнота вокруг резко сгустилась. Словно по всему городу вдруг разом пригасили свет, как на сцене после спектакля. Цкуру встал и побрел вниз по лестнице к выходу.











