Ромео с большой дороги
Ничего себе дельце свалилось на голову Даши Васильевой – она должна найти… шубу. Правда, манто не простое – из розовой шиншиллы, стоимостью в хороший особняк. А искать придется, иначе потерявшая его на развеселой тусовке подруга, безалаберная Танюшка, навсегда поселится в Дашином доме. Она уже заняла ее комнату! Просто плюхнулась на кровать, и все, вроде как заболела, и вставать не желает. Шубку подарил Танин муж, и если ее не вернуть, он, ревнивый Отелло, выгонит супругу вон. Нет, посадит в тюрьму как воровку! Тем более что он ей и не супруг вовсе, оказывается. Только сумасбродка-подружка могла принять романтическую свадьбу в таиландском отеле за настоящую брачную церемонию. И Даша нашла… труп. А где же шиншилла? И кто убийца, тоже не помешает выяснить.
– Вообще чума! Может, нас сглазили?
– Не верьте в чепуху, – резко ответил эскулап, – и всегда надейтесь на лучшее. Сестра должна поправиться.
Рита и в самом деле начала выкарабкиваться. Она перестала плакать и снова начала есть, но к несчастной девушке буквально прилипала всякая зараза. За последующий после смерти мамы год бедняжка четыре раза оказывалась в клинике: сначала с язвой желудка, затем с приступом холецистита, потом с обострением колита, а в конце апреля Рита получила воспаление легких и вновь загремела в больницу. Алеша пришел навещать сестру и вдруг предложил:
– Давай ремонт сделаем, а? Говорят, если квартиру обновить, из нее чернота уходит.
– Подумаем, – нехотя поддержала разговор Рита. Ей совершенно не хотелось разводить в доме грязь, да и лишних денег не имелось.
Леша начал с жаром уговаривать сестру. Рита поняла, что брат от нее не отвяжется, и согласилась.
– Хорошо, вот выйду отсюда, и займемся.
– Тогда я завтра же на рынок поеду, за обоями, – обрадовался Алексей.
– Стой! – попыталась она охладить энтузиазм брата.
Но парень уже выскочил в коридор, чуть не сбив с ног няньку Феню, которая как раз входила в палату."
"– Тише, оглашенный! – завозмущалась старуха. – Куда он полетел?
– На рынок, наверное, – улыбнулась Рита, – хочет ремонт сделать.
– Зачем? – насторожилась Феня.
– Надеется сглаз прогнать, – ответила девушка, – никаких уговоров не слушает.
Феня опустилась на кровать.
– Не поможет, – выдохнула нянька. – Проклятие работает!
– Немедленно прекрати, – вздрогнула Рита, – сейчас врача позову, пожалуюсь, тебя выгонят. Мне и так плохо, нечего масла в огонь подливать.
– Лучше совсем жилье сменить, – ляпнула нянька, – на этой квартире порча.
– Уходи.
– Нет, точно, я знаю! Ее Алевтина навела.
– Кто? – приподнялась в подушках Рита.
– Кулькина.
– Знакомая фамилия.
– Еще бы! – всплеснула руками Феня. – Вдова напарника Петра, Федора Кулькина. Ну того, которого при налете убили. Аня, святая душа, с ней потом дружить пыталась, а та к знахарке обратилась и черную порчу навела.
– Иди домой, – велела Рита старухе, – у меня от твоей болтовни температура вверх поползла. Несешь всякую дурь! Что, еще одно проклятие на нас? И Ковалева, и Алевтины? Придумай чего получше!
– Нельзя тебе возвращаться домой, – дудела свое Феня. – Видишь, как получилось? Перемерли все, ваш с Алешкой черед. Хочешь мой совет? Продайте квартиру и купите новую, а лучше две. А то Алешка женится, ты замуж выскочишь, и получится коммуналка.
– Хорошо, – процедила Рита, – мерси за участие. А теперь до свидания, сами разберемся!
Феня пошаркала к выходу. На пороге она задержалась и погрозила Рите скрюченным артритным пальцем:
– Ты от меня только добро видела.
– Спасибо, – кивнула девушка.

















