С чистого листа

Слаженно быстро поднявшись, мы, не мешкая, направились к выходу. Нетрезвый барчук с недоумением смотрел нам вслед.

Надо успеть, пока не опомнился.

Однако, не дав сделать и пары шагов, в запястье Светы вцепился мертвой хваткой Соловьев.

— Куда ты заторопилась, красавица? — интимно зашептал он.— Я же так похож на брата, — он похабно улыбнулся.

— Отцепись! Мне больно! — девушка попыталась освободить руку, но безуспешно: парень лишь сильнее сжал пальцы, и Света тихонько застонала.

Надо ей помочь.

Отбросив сомнения, я резко ударила ребром ладони по сгибу руки Максима. В этот же миг тот удивленно округлил глаза и больше от неожиданности, чем от боли отпустил запястье Светы.

Парни порывисто поднялись из-за стола и направились к нам. Налитые кровью глаза Галицкого и угрюмое выражение на лице «медведя» не сулили ничего хорошего. Юрьев же украдкой покрутил пальцем у виска и одними губами произнес:

— Дура.

— Продолжайте ужинать. Мы просто уйдем, — спокойно предложила, отмечая каждое движение юношей.

Шагнув ко мне, Соловьев презрительно процедил:

— Ты на кого подняла руку, простолюдинка? Давно не воспитывали? Ну так это я сейчас исправлю! — и резко замахнулся.

Плавно уклонившись от пощечины, одновременно отодвинула подальше Свету: не хотела, чтобы та ненароком пострадала. Совершенно не испытывая страха, я вновь невозмутимо посоветовала:

— Вернитесь за стол. Я не хочу вас травмировать.

Увы, одурманенные алкоголем дворяне предложению не вняли. Через удар сердца предо мной стояло четверо злых парней. На лице «влюбленного» Галицкого отчетливо читалось желание причинить мне боль.

Света послушно держалась за спиной, а я хладнокровно анализировала обстановку. Добром нас не отпустят, калечить и убивать нельзя: проблем не оберусь. Надо их просто обездвижить.

— Да ты, девка, вкрай охренела?! — взревел «милейший души человек» и с поразительной легкостью для его большого тела метнулся ко мне.

Время словно замедлилось.

Грациозно отклонившись от приближающегося к лицу кулака, прицельно ткнула пальцем в определенную точку на мощном плече парня. Выпучив глаза, здоровяк Орлов с гулким стуком упал на пол.

Ни на миг не прекращая скользящих движений, изогнулась, избежала захвата Соловьева, нажала точку в районе его сердца. Обогнув падающее тело юноши, мыском туфли стукнула по нужному месту на бедре рванувшего ко мне Юрьева. Одновременно выбросила руку и прицельно воткнула указательный палец в нижнюю область трахеи замахнувшегося Галицкого."

"Словно поломанные куклы, юноши безмолвно рухнули к моим ногам. Вот и все.

Как по мне, самое унизительное наказание для мужчины — полное физическое бессилие. Эти парни все слышали, ощущали, у них не было ни единого повреждения.