С чистого листа

— Мне очень нравится.

— Еще бы! — загадочно хмыкнула девушка.

В этот момент раздался мелодичный перезвон дверного колокольчика, и в лавку вошел статный светловолосый юноша. На его породистом лице отчетливо читалось превосходство.

Не особо прячась, я с интересом рассматривала парня, явно дворянина. Не то чтобы он мне приглянулся. Скорее, стало просто любопытно.

Надо сказать, Светлана по ходу нашего набега на магазины то и дело украдкой обращала мое внимание на представителей высшего общества. И каждый раз рекомендовала держаться от них подальше.

— Рад, очень рад видеть вас снова, Егор Анатольевич! — подобострастно расплылся в улыбке хозяин магазина.

Небрежно кивнув, парень бросил ленивый взор на Свету, глянул на меня и внезапно замер. Осмотрев с ног до головы, поинтересовался с неприкрытым изумлением:

— Игнатьева, это ты?!

Глава 7

Пряча растерянность за внешней невозмутимостью, я не торопилась отвечать. Кто это? Откуда он меня знает?

Тем временем, подойдя ко мне очень близко, парень остановился. В душе шевельнулось раздражение: дворянин нарушил мое личное пространство, а теперь, определенно, пытался доминировать.

Не двинувшись с места, я уверенно скрестила свой взгляд с его.

На лице юноши появилось жгучее любопытство. Он обольстительно улыбнулся.

— Даже не подозревал, что серая мышка, оказывается, интересная и ошеломительно прекрасная. Отчего в школе красоту-то прячешь? Я же тебя и не замечал. Чуть такую редкую жемчужину не пропустил.

Ага, если говорит о школе, то, скорее всего, мой одноклассник. Только он просчитался. От комплиментов растекаться у его ног лужицей не собираюсь. По факту дворянин заявил, что считает меня красивой, притом дал понять, что перебирает таких девушек, как драгоценные камни. После продемонстрировал досаду оттого, что в его коллекции «редкой жемчужины» могло не оказаться, и меня же в этом укорил.

М-да. Чудесный парень.

Еще пару мгновений смотрела ему в глаза, затем глубокомысленно ответила:

— Редкий жемчуг не любому желающему найти под силу.

Породистое лицо одноклассника окаменело.

— Игнатьева, ты хоть думаешь, что и кому говоришь? Хочешь сказать, наследник боярина Галицкого — любой желающий? — он угрожающе прищурился.

Опаньки, попался! Теперь я знаю имя и титул. Заодно появилось понимание характера этого человека: простолюдины для него пыль на обочине жизни. Надо стараться держаться подальше. Надеюсь, уловка сработает.

— Хороший жемчуг, правда, найти проблема, — я невинно похлопала ресничками. — А он ведь лучше подойдет к золотому платью. Мы вот только-только из ювелирного. Ничего приличного и нет, — пренебрежительно фыркнула. Затем изобразила на лице вселенскую печаль. — Увы, нам пора.