Сандровские. Трилогия (СИ)

— А ты?

— Велест, а как бы ты отреагировал на моем месте?

— Точно так же, как я отреагировал сейчас. Ну, так с чего демоны решили, что среди нас есть Воин?

— Предначертание.

— Не понял….

— Кто-то из них якшается с оракулом. Не спрашивай с каким — не знаю и знать не желаю. Скажу лишь, что когда Зидан упомянул об оракуле, Ибрагим ощутимо напрягся. И вмешался в разговор.

— В голове не укладывается…Воины….Оракулы…Черт, хотя бы разок напиться в обществе этих самых Воинов. А то говорят про них много, а видели их единицы, и те не распространяются. И что сказал Ибрагим?

— Он подтвердил информацию, что месяц назад был смертельно ранен один из Воинов, не прошло и недели, как он скончался, и его прах развеяли над Каспием.

А Воинов в союзе обязательно должно быть три.

— Так, мне срочно надо ещё выпить, — решил Велест и потянулся за бутылкой. — Тебе налить?

— Пожалуй, плесни.

— Брат, ты хреново выглядишь.

— Я же тебе сказал, что устал. Рвану через пару деньков на Байкал. Надоело всё.

— Правильно. Один или кого-то возьмешь в компанию?

На лице Игоря промелькнула тень сомнения, но он оставил вопрос брата без ответа.

— Ты долго разливаешь.

Когда они выпили, Игорь продолжил:

— Ибрагим говорил не долго, но веско. Послание к демонам сводилось к тому, что если они не желают иметь дело лично с ним, то союз с стригоями придется разорвать. Думается, они так и поступят, потому что теперь всё братство вампиров знает о нем. Многие и так ополчатся против демонов, но это уже их проблемы. Напоследок же Ибрагим сказал, что оракул никогда не ошибается.

Рука Велеста с пустым стаканом замерла в воздухе.

— Мать вашу! — снова выругался он. — То есть кто-то из нас Воин?!

Игорь приглушенно засмеялся, и его смех был не веселым.

— Я не чувствую в себе ни каких сверхъестественных для вампира способностей. Ты же знаешь….Я больше люблю не сражаться, а заниматься конкретными делами.

— Я не против хорошей драки, но, если есть достойный повод. Тогда остается Борис. Думаешь, он?

Игорь сделал не определенное лицо, но они оба подумали о том, что именно Борис среди них отличался особой кровожадностью. И лишь немногие знали, что на это были веские причины. Когда-то очень давно его подло предали, и предал именно близкий, почти родной человек, и Борису пришлось провести в плену почти столетие.

Братья нашли его, и вызволили из плена, но он кардинально изменился. Стал другим. Перенесенные пытки и издевательства над гордым смелым Борисом сделали своё дело. Иногда даже Велест с Игорем не могли с ним совладать. Не зря Велест запретил ему приближаться к Лане в первые дни знакомства.

Он опасался.

И на то были основания.

— Ты ему сообщил эту информацию?

— Пока нет. Думаю, что такая надобность не понадобится. Ему наверняка кто-то сообщит в ближайшее время.