Сердцебиение

Успокаивалась, пыталась уснуть, но как только закрывала глаза, видела Ярослава и его невероятный темно-зеленый взгляд, слышала его голос, которым он шепчет мне, какая красивая и как ему хорошо со мной. Он говорил, от меня пахнет летом и у моей кожи медовый вкус. Ложь! Все ложь! И я снова срывалась в вой, оплакивая свою наивность и глупость. В какой-то момент я все же заставила себя остановиться, потому что почувствовала, как резко стало холодно и начали неметь губы. Я выпустила боль наружу, но легче не стало. Совсем не стало.

За окном потемнело, когда я заставила себя подняться, умыться холодной водой и поставить чайник, чтобы согреться горячим чаем. Мне не холодно.

Совсем не холодно. Но тело трясет так, как будто в комнате минусовая температура.

Не успеваю я заварить себе крепкий чай, как вечернюю тишину разрывает дверной звонок. Катька вновь потеряла ключи. Иду к двери и, не задумываясь, распахиваю ее. Потому что точно знаю, что это подруга. Больше некому.

— Ты не посмотрела в глазок и не спросила, кто там. Никогда так больше не делай, Златовласка, — это не Катя. В первые секунды я впала в оцепенение. Я просто сжимала дверную ручку, и осматривала Ярослава с ног до головы. Волосы слегка взъерошены. Лицо немного бледное, осунувшееся, но все равно невероятно мужественное и красивое. Темные джинсы, черная футболка с длинными закатанными рукавами — простая одежда, которая невероятно ему шла. А главное — запах. Тонкий, едва уловимый аромат бергамота с резким запахом табака. Вот так просто когда-то отталкивающий запах сигарет, может превратиться в любимый. Поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом, который не давал мне покоя вот уже почти неделю. И все замирает. Я не знаю, что сказать и зачем он пришел, я просто смотрю ему в глаза, и слышу стук собственного сердца, которое невероятно громко бьется, радуясь его присутствию."

"Оно буквально кричит от ненормальной радости, что он вновь пришел ко мне. Ярослав делает шаг ко мне, встает вплотную. Прислоняется лбом к моему лбу, и мы одновременно громко вдыхаем. А мне каждый вдох дается с трудом, рядом с ним я забываю, как дышать и дрожу уже не от холода, а от того, что он рядом. Мы молчим, слушая дыхание друг друга. Можете назвать меня дурой. Глупой идиоткой. Но в этот момент я все ему прощаю. И не помню его гадких слов о том, что он наигрался со мной и ему уже неинтересно. Мне не нужно слов и объяснений, достаточно того, что он рядом. Настолько близко, что я чувствую его теплое дыхание на своем лице. Мне до боли в руках хочется прикоснуться к нему. Но я не смею. Не могу, руки не слушаются. Он трется своей немного колючей щекой о мою, и скользит губами. А у меня от каждого его прикосновения горит кожа.