Смерть как искусство. Том 1. Маски

Та, другая, актриса приходит к началу спектакля, ей костюмеры-одевальщицы приносят костюм, а в нем выходить нельзя. Скандал, крик! Кто виноват? Кто недосмотрел? Почему вовремя не увидели? Актрисе на сцену через десять минут выходить, а костюм надеть нельзя. Ну мы, конечно, из-под себя выпрыгнули, вышли из положения, но актриса-то уже вся на нервах, как ей играть в таком состоянии? Она на нас собак спустила, а нам же обидно. Мы-то, одевальщицы, точно помним, что после предыдущего спектакля костюм проверили и приняли, он был в полном порядке. У мужчин тоже случай был: один актер другому подпорол швы на костюме, чтобы в момент приседания они разошлись.

– И как? – с любопытством спросил Антон. – Разошлись швы?"

"– Не то словечко! Треснули с грохотом! Все, кто в тот момент был на сцене, изо всех сил постарались, чтобы ситуацию смикшировать, уж как они только не импровизировали, чтобы актеру с порванными сзади штанами спиной к зрителю не пришлось поворачиваться. Памятный был случай, его долго потом обсуждали. Но молодцы, все сделали как надо, зритель ни о чем не догадался.

– Значит, вы не только шьете костюмы, но и следите потом за их состоянием? – уточнила Настя.

– Нет, вы не поняли, – тряхнула головой Бэлла. – Шьют костюмы здесь, в пошивочном цехе. А мы – костюмеры-одевальщики, это другое. Мы за стенкой сидим. И я среди костюмеров главная. Одевальщиков начальник и мочалок командир, – весело пошутила она. – Но вообще-то я на этой должности недавно, всего полгода, до этого я была старшим костюмером, а заведующей была Нина Гункина, очень хороший работник, очень опытный, много лет в театре проработала.

А когда ее уволили, меня на ее место и назначили.

– Уволили? – Настя моментально сделала стойку. – За что? Или она все-таки сама уволилась?

– Да нет, какое там сама! Уволил ее Лев Алексеевич, да с криком, со скандалом. Нина, конечно, отчасти сама виновата, маху дала, но все равно это было бесчеловечно. Ведь столько лет безупречной работы! И вот, один-единственный промах – и все.

Бэлла рассказала, что в театре существует такой источник внебюджетных средств, как сдача в аренду, то есть в прокат, театральных костюмов. Когда спектакль списывают, остаются костюмы, многие в хорошем состоянии, и среди них бывают очень красивые, дорогие, исторические.

Вот их с удовольствием арендуют для стилизованных мероприятий, театрализованных представлений и всяких вечеринок. Отдают в прокат, разумеется, то, что уже не нужно, а если что-то из таких костюмов планируется использовать, отдавать это нельзя ни в коем случае.

В «Новой Москве» от постановки «Бориса Годунова», которую списали два года назад, оставался очень красивый женский костюм.