Я тебя вылечу

К тому же крошки с этого барского стола спасают жизни остальным в отделении. Поэтому я буду брать эти деньги!

- Да я тебя понимаю! - протягивает руку через стол, поддерживающе сжимая мою кисть. - И не осуждаю. Но нельзя же так явно.

- Мне танцы с бубнами плясать не с руки. У меня все просто, прямо, честно.

- Тебе дарят подарки.

- Это мое личное дело.

Дарят, да. Но только небожители. Им не стоит отказывать. Оскорбятся. У обычных пациентов я никогда ничего не беру.

- Неприлично дорогие.

- А это их личное дело.

- Ну здесь ещё много чего, за что любая проверка нас накажет.

- Проверяет нас господин Татышев и его отдел. Я его мать оперировал. Вне очереди. От инвалидности спас. Он в курсе происходящего. Сам же меня по этим схемам и проконсультировал.

- Да это все понятно, Руслан. Я о другом. Я хотела сказать, что как близкого мне человека, я тебя прикрою, - доверительно. - Это все я почищу, все следы и косяки в документации подотру.

- Хм...благодарю.

А у меня все руки не доходят навести порядок в документах, да.

- Это очень важно, чтобы в больнице отца на высоких должностях были свои люди. Родственники, как настаивает он. И... Я надеюсь, ты оценишь мой жест доверия по отношению к тебе правильно.

- Ульян, ты прости, я тупой как дуб. У меня утром операция трехчасовая была... С ног валюсь, не очень соображаю. Но очень ценю!

- Вот... - протягивает мне вторую папку.

- А это что?

- А это тот хирургический комплекс, о котором ты грезишь ""в лизинг"".

- Вау.

- Пока что не ""вау"". У нас есть бюджет. Но выбрать придется из пяти проектов один. Твой - не самый перспективный и доходный для клиники. К тому же папа хочет вложить в Давида. Сам понимаешь, племянник. Но если ты сможешь быть убедительным с отцом... а ты точно можешь...

- И что бы его могло убедит? - “туплю” я.

- Отец консерватор. Он всегда делает ставки только на ""своих"". Подумай... - пожимает плечами. - А я, конечно же, поддержу тебя обязательно.

- Мм... Премного благодарен, - поджимаю губы. - Я подумаю.

Матом я никогда не разговаривал. Хотя иногда себе позволяю резкости. Но сейчас иду на свой диван и у меня только набор матов в голове.

Да нахер! Нет, значит, нет. Не буду я таким путем подниматься.

Ирина сегодня отпросилась по семейным обстоятельствам. И без нее, как без рук. За стойкой Таисия, сосредоточенно сведя свои красивые брови, раскладывает по стаканчикам таблетки, поглядывая в листы назначений. Губы шевелятся, беззвучно читая названия.

- Как дела?

- Отпустите меня, пожалуйста, завтра после обеда. Мне очень-очень нужно.

- Отпускаю.

Оглянувшись, подхватываю ее за талию, отрывая от пола.

- Руслан Та... Ти...

- Тиранович, - уже привычно подсказываю я.

Заношу в подсобку.

Не включая свет, вжимаю в стену. Втыкаюсь носом за ушко.

Глубоко дышу ей, медленно скользя губами по коже.