Связанные честью

— Ты сердишься, что я этого не сделала, ну, ты знаешь, не проглотила? Бьюсь об заклад, женщины, с которыми ты был до сих пор, всегда так делали.

— Нет, я не сержусь. Я не буду лгать, я хотел бы кончить в твой рот, но, если ты не хочешь этого, все в порядке."

"Мы вышли из душа и вытерлись, прежде чем заползли обратно на кровать. Я положила голову на грудь Луки. Он выключил свет, погружая нас в темноту.

— Когда твой отец сказал тебе жениться на мне, какова была твоя реакция? — пробормотала я. Я задавалась этим вопросом некоторое время.

Пальцы Луки на моих бедрах остановились:

— Я ожидал этого. Я знал, что должен буду жениться по тактическим соображениям. Как будущий Капо, ты не можешь позволить эмоциям или желаниям управлять любой частью твоей жизни.

Я была рада темноте, так Лука не мог видеть моего лица. Он казался таким отстраненным и бесчувственным. Его прикосновения и поцелуи заставили меня хотеть поверить, что, возможно, он начинал заботиться обо мне, но теперь я больше не была так уверена.

— А что насчёт тебя? — спросил он.

— Я была напугана.

— Тебе было только пятнадцать. Конечно, ты была напугана.

— Я была все еще в ужасе в день нашего брака. Я и сейчас не совсем уверена, что ты не пугаешь меня.

Лука молчал.

— Я же сказал тебе, у тебя нет причин бояться меня. Я буду защищать и заботиться о тебе. Дам тебе все, что ты хочешь и в чем нуждаешься.

За исключением одной вещи: любви.

— Но Семья всегда на первом месте, — сказала я беспечно. — Если бы тебе пришлось убить меня ради защиты бизнеса, ты бы сделал это.

Лука окаменел, но не стал отрицать сказанное мной. Мой отец всегда говорил, что в жизни серьезного мафиози есть место только для одной настоящей любви, и это мафия.

ГЛАВА 12

Два дня спустя Джианне удалось получить билет на рейс. Я была восторженно взволнована в тот день. Прошло не так много времени с тех пор, как я видела ее в последний раз, но казалось, что прошла вечность. Снаружи уже было темно, когда мы с Лукой остановились у международного аэропорта Кеннеди. Мне было жаль, что Джианна не смогла прилететь утренним или дневным рейсом вместо этого.

После моего комментария, что Лука убил бы меня ради защиты Семьи, он был эмоционально отстранён. Хотя нельзя сказать, что и до этого он был открытой книгой. Единственный способ, которым мы взаимодействовали, был ночью, когда Лука ублажал меня своими руками и ртом, а я его в свою очередь. Возможно, без предстоящего визита Джианны, я попыталась бы поговорить с ним или даже попросила бы его показать мне, где он работал. Вместо этого я дала ему пространство, в котором он, очевидно, нуждался. Лука припарковал автомобиль, и мы вышли. Он не пытался взять меня за руку.