Связанные честью
Рожденная в одной из главных семей мафии в Чикаго, Ария Скудери изо всех сил пытается найти свой собственный путь в мире, где нет выбора. Арии было всего пятнадцать, когда родители обручили ее с Лукой - Тиски - Витиелло, старшим сыном главы нью-йоркской Коза Ностра, чтобы обеспечить мир между двумя семьями. Теперь восемнадцатилетие, тот день, которого Ария страшилась годами, не за горами: ее свадьба с Лукой. Ария боится выходить замуж за мужчину, которого едва знает, особенно за кого-то, вроде Луки, получившего прозвище «Тиски» за раздавливание горла человека голыми руками. Благодаря хорошей внешности, богатству и хищной харизме, излучающей власть, Лука может быть одним из самых желанных мужчин Нью-Йорка, но светские девушки, вешающиеся ему на шею, не знают того, что знает Ария: образ плохого парня - это не просто игра. Кровь и смерть скрываются под поразительными серыми глазами Луки и высокомерной улыбкой. В ее мире красивый внешний вид часто скрывает монстра внутри; монстра, который может так же легко убить, как и поцеловать. Единственный способ избежать брака с Лукой состоял в том, чтобы убежать и оставить все, что она когда-либо знала, но Ария не может смириться с мыслью, что больше никогда не увидит свою семью. Несмотря на страх, она решает вступить в брак. Ария выросла среди хищников, таких как Лука, и знает, что даже у большинства бессердечных ублюдков есть сердце, и она намерена проложить себе путь к сердцу Луки.
Я могла оттолкнуть его, но ощущать его близость было слишком приятно. Часть меня все еще хотела этого брака.
***
Тоска по Джианне и Лили ощущалась почти физически.
Ромеро пытался быть невидимым, но всегда находился поблизости.
— Хочешь пройтись по магазинам?
Я чуть не рассмеялась. Он думает, шоппинг все исправит? Возможно, кому-то это помогало, но точно не мне.
— Нет, но было бы неплохо поесть. Джианна отправила письмо со списком ресторанов, которые хочет посетить по приезду. Хочется сходить в один из них сегодня.
На мгновение он засомневался, и я взорвалась.
— Пару дней назад я спросила у Луки разрешения, так что тебе не нужно беспокоиться. Мне позволено покидать эту тюрьму.
Он нахмурился.
— Знаю. Он сказал мне.
Это просто смешно. Оставив его стоять посреди гостиной, я быстро поднялась по лестнице в спальню. Переоделась в красивое летнее платье и сандалии, захватила сумку и солнцезащитные очки, и только потом спустилась. Ромеро не сдвинулся с места. Почему он не мог притвориться, будто не мой телохранитель?
— Пошли, — приказала я.
Если он хочет вести себя как телохранитель, так я и буду с ним обращаться. Ромеро надел куртку поверх рубахи, чтобы скрыть кобуру, и нажал кнопку лифта. По пути вниз мы молчали. В первый раз я видела холл здания. Вокруг гладкий, черный мрамор, современное искусство, белая глянцевая стойка, за которой сидел администратор средних лет в черном костюме. Он склонил голову к Ромеро, прежде чем уставиться на меня с явным любопытством.
— Добрый день, миссис Витиелло, — произнес он уж слишком вежливым голосом.
Я чуть не споткнулась, услышав, как он меня называет. Легко забыть, что я больше не Скудери. В конце концов, мой муж постоянно отсутствовал.
Кивнув в знак признательности, я быстро направилась к выходу. Как только я покинула помещение с кондиционером, вокруг тела взорвалась жара. Лето в городе, ничего удивительного. Казалось, выхлопные газы и запах мусора простирались вдоль улиц словно туман. Ромеро был на шаг позади, интересно, как он выносил жару в своем одеянии?
— Думаю, надо взять такси, — шагнув к обочине, заявила я.
Ромеро покачал головой, но я уже подняла руку, и такси, свернув в сторону, остановилось рядом со мной.
***
Он сделал несколько шагов, не сводя тревожного взгляда с моей спины. Меня это сводило с ума.
Люди смотрели на нас озадаченно.
— Не мог бы ты идти рядом со мной, пожалуйста? — попросила я, когда мы шли по Гринвич-стрит, где находился ресторан. — Не хочу, чтобы люди думали, будто ты меня охраняешь.
Возможно, он был все еще зол, когда вместо черного «БМВ», который четко давал понять о том, что это мафия, я заставила его взять такси.
— Это так и есть.
Я остановилась, пока он не поравнялся со мной.














