Связанные честью

Лука достал руку из моих трусиков и расположил у меня на заднице.

Я закрыла глаза, слушая грохот его сердца. Лука поцеловал меня в макушку, поразив подобным любовным жестом. Сердце разрывалось от новой надежды. Постепенно наше дыхание замедлилось. Он потянулся за коробкой для салфеток на тумбочке и протянул одну мне, прежде чем вытереться самому. Вытирая сперму с руки, я чувствовала застенчивость. Не могу поверить, что трогала его вот так. Я все еще была чувствительна между ног, но все же хотела снова почувствовать его пальцы. Было ли это неправильным, так сильно наслаждаться прикосновениями Луки?

Он был моим мужем, и все же. Моя мать всегда относилась к сексу как к чему-то, чего желали только мужчины. Женщины просто выполняли свой долг. Лука погладил мою руку, и я решила не думать об этом слишком много. Буду делать так, как считаю правильным. Я выдохнула, но затем мой взгляд сосредоточился на порезе ниже ребер. Из него струилась кровь.

Я села.

— Ты истекаешь кровью. — Совсем обо всем этом забыла. — Больно?

Лука выглядел совершенно расслабленным, окинув свою рану взглядом.

— Не сильно. Ничего страшного. Я к этому привык.

Я потрогала кожу ниже пореза:"

"— Нужно зашить. Что, если будет заражение?

— Возможно, тебе повезет, и станешь молодой вдовой.

Я подняла на него взгляд:

— Это не смешно.

Не после того, что мы только что делали. Чувство близости к нему было сильнее, чем когда-либо, и мой отец все равно найдет мне нового мужа.

— Если это тебя так беспокоит, почему бы не принести мне аптечку из ванной.

Вскочив с кровати, я бросилась в ванную.

— Где она находится?

— В ящике под раковиной.

Там была не только аптечка первой помощи, но еще около двух десятков комплектов. Я взяла один и вернулась в спальню, но, прежде чем вернуться в кровать к Луке, схватила ночную рубашку с пола и надела. Самодовольный Лука сидел обнаженным у изголовья кровати. Смущенная наготой, я сосредоточилась на его торсе.

Когда я села рядом, Лука погладил меня по щеке:

— Все еще стесняешься смотреть на меня после всего, что произошло. — Он дернул за подол ночной рубашки. — Без этого ты мне нравишься больше.

Я поджала губы.

— Что нужно делать?

Поставив аптечку между нами, я открыла ее.

— Многое, — пробормотал Лука.

— С твоей раной, — я закатила глаза.

— Там дезинфицирующие салфетки. Очисти рану, а я подготовлю иглу.

Я разорвала один из пакетов, и всепоглощающий запах дезинфицирующего средства ударил в нос. Вытащив салфетку, развернула ее и приложила к ране. Лука дернулся, но не издал ни звука.

— Жжет?

— Я в порядке, — просто ответил он, — протирай сильнее.

Я так и сделала, и, хотя он несколько раз дернулся, никогда не говорил остановиться. Наконец, я выбросила салфетку в ведро и откинулась назад.