Свидетель

И тут она… Маленькая частичка во Вселенной. Кому она нужна? Правильно — никому.

Разменное звено.

Дарен молчал, и его молчание Тае не нравилось. Она выполнила то, что от неё требовалось.

— Значит, так, — он словно в очередной раз прочитал её мысли. — Обижать я тебя не собираюсь. По крайней мере, физически…

Тая заставила себя сохранить подобие спокойствия на лице. Было ощущение, что она сама себя заключила в кокон и воспринимала происходящее через стеклянную призму.

— Но я хочу, чтобы ты меня слушалась. Мне не нужна строптивица в доме. Мой дом — мои правила.

Другого Тая и не ожидала.

— Конечно.

— За безопасность можешь не волноваться. В одном маршалы были правы — тут тебя никто искать не будет.

Она по-прежнему старалась не смотреть на него.

Такого красивого и одновременно холодного, чужого.

Да и был ли он ей родным?

Этот вопрос себе Тая тоже задавала не единожды. Или она придумала его, того Кистана, что смотрел на неё влюбленными глазами и говорил нежности? Ей необходимо было за что-то цепляться, вот она и цеплялась за его взгляд.

— Это хорошо, — она задумчиво поджала губы.

— Ещё… Секс по первому моему требованию.

Тая снова ответила:

— Конечно.

А разве могло быть иначе?

Разве кто-то будет её спрашивать?

В груди бухнуло плачущее сердце.

Привычно…

Она, скорее почувствовала, чем увидела, как поднимается Дарен и направляется в её сторону. Она интуитивно сжалась. Сейчас как раз и будет «по моему требованию». Расплата за завтрак, так сказать.

Тая облизнула пересохшие губы, уговаривая себя не реагировать столь остро. Она уже через это проходила… Проходила…

Но сердце завыло с новой силой.

Как Дарен сейчас её возьмет? Разложит на столе? Или нагнет?

Интимные мышцы болезненно сжались. Тая, не замечая за собой, чуть вжала голову в плечи. Заметно побледнела.

Дарен остановился рядом. Его шумное дыхание прошлось ураганным ветром по её волосам и остановилось в области шеи.

— Помоешь посуду?

Казалось, Тая рванула без поддержки с крутого аттракциона.

— Да… Да, конечно.

* * *Ему хотелось заорать на неё. Сжать плечи, тряхнуть с такой силой, чтобы голова дернулась и заорать: «Почему мне не рассказала?!»

Дура! Дура!

Дурочка…

Он шёл по коридору, не разбирая дороги, без определенной цели.

Знал — ему надо срочно свинтить с кухни, иначе быть беде.

Сорвется.

Разнесет всё к чертям собачьим.

Ещё сильнее её напугает.

Утром он проснулся с четким намерением выяснить, что произошло. Тогда, в прошлом.

Выбрал жесткую линию поведения. Сюсюкаться с Таей он не собирался. Она его предала, подставила, и выражать свою нежность к ней в его планы не входило. Скорее уж, наоборот.

Да, жизнь её потрепала, и тому подтверждение были кошмары и то, как она вздрагивала во сне, несмотря на то, что он находился рядом.