Свои, родные, наши!

Вдруг принял озабоченный вид:

– А кстати, у меня ведь товарищ есть, хороший московский издатель…

– Да? – удивилась Лиля.

– Да, – закивал Константин. – И фамилия у него такая… с зимой связана… Как же его… а, Морозов Сережа!

И уставился на сестру с самым невинным видом.

А Лиля зло сверкнула глазами:

– Не смей! Не смей, Котик! Слышишь?

– А чего? – спросил брат простодушно. – Он тебя с Новым годом хоть поздравил?

– Ему теперь не до меня. – Лиля отвернулась к машинке. – Запутался он там в своих любовях. Не хочу его ни слышать, ни видеть, так что… не смей!

– Ох, – обреченно вздохнул Константин, – как же вы мне оба надоели, дураки!

* * *Кира пыталась заварить чай, но руки так дрожали, что она чуть не выронила заварной чайник.

Положила в вазочку варенье, поставила чашки на поднос…

До смерти не хотелось возвращаться в комнату, где она оставила Егора и Евгению Львовну. Под ее взглядами Кире прямо дурно становилось… Почему мать Егора ее так не любит? Или это ей только кажется?

На кухню вошла Катерина, сунулась в холодильник:

– Чего-то хочется, сама не знаю чего… А, вареньица!

Схватила вазочку, зачерпнула ложку:

– Слушай, а что это мать Егора с такой физиономией явилась, как будто мы ее сыночка можем обидеть? Зыркнула так на меня глазами, прямо как баба-яга! Аж страшно!

– Ага! – вздохнула Кира.

 – Ты знаешь, я ее боюсь. Похоже, она меня терпеть не может!

– Похоже, она всех недолюбливает, – согласилась Катерина. – Только своему сыночку улыбается. А сыночек ее такой же. Я вот, честно говоря, вообще не понимаю: сдался тебе этот Егор!

Катерина говорила во весь голос. Ни ей, ни Кире и в голову не могло прийти осторожничать.

А между тем Евгения Львовна вышла из комнаты сына и вошла в столовую. Здесь было слышно каждое слово, и она замерла, жадно вслушиваясь.

– В больнице с ним намучилась, теперь домой взяла! – продолжала Катерина. – Ты уже раз сделала от него аборт. Мало показалось?!

Евгения Львовна схватилась за стенку, чтобы не упасть. Кира и Егор… значит, у них все было? Ну, теперь от нее не отделаться…

– Катька, помолчи, а? – возмущенно сказала Кира. – Ты вообще ничего не знаешь.

– Ну вот… – обиделась Катерина. – А кто тебя в абортарий возил, а?!

– Тише! – наконец-то спохватилась Кира и сама понизила голос: – Если хочешь знать, аборт я сделала не от Егора.

Евгения Львовна снова схватилась за стенку. А Катерина чуть не подавилась вареньем:

– Я дурею… Вот монашка-то, а?!

– Прекрати! – с тоской сказала Кира. – Мне твой абортарий боком вышел. Я теперь, Катя, детей не могу иметь!

Катерина брякнула вазочку на стол, схватила сестру за руки:

– Кира, Кира, ты не переживай, просто врачи… они всем это говорят, что детей не будет, понимаешь?..