Два босса для меня

Конечно, я собирался с нее по-полной спросить, когда восстановится и придет в себя, и я планировал сделать это жестко…

Но ни в одной части мозга не промелькнуло даже тени темы оставить моих девочек, наказать Женьку…

Слишком долго искал, слишком сошел с ума, когда нашел… Она, конечно, та еще сучка, но это все мелочи. С этим будем работать.

Но Женька в тот момент сделала в очередной раз такое, отчего у меня до сих пор грудь схватывает, стоит только вспомнить.

Она исчезла. Сучка такая. Исчезла с моей дочерью. И опять бесследно! Опять!

Конечно, Гном был виноват, он должен был с нее глаз не спускать, следить, разговаривать, пока я решал вопросы с Ковром, ментами и прочим дерьмом, свалившимся нам на голову.

Ну и, попутно, охреневал от новой информации, конечно.

Бизнес, выкупленный не на последние, само собой, но все же нам с Гномом пришлось поджаться, чтоб его взять, оказывается, давно был под прицелом. И обещанные нам гостендеры, из-за которых, собственно, мы и купили компанию, запросто могли уплыть из-под носа. И не в последнюю очередь благодаря засланному казачку: нашей Женьке.

Ну вот как после этого бабам верить, скажите мне?

Никак.

Женщины — это вообще катастрофа. Они умеют залезть в голову и заставить себя прощать и любить, вопреки всему дерьму, что умудряются натворить. И вот смотришь на такую и думаешь: убил бы заразу… А вместо этого руки тянешь к ней и целуешь…

Это карма наша за то, что сильнее их физически, выносливее и умнее. Зато у них вот такой защитный механизм, который в итоге ничем не перерубишь…

Когда Женька исчезла во второй раз, да еще и прихватив Ксюшку, я думал сдохну.

Первым под раздачу попал Гном, с которым мы полаялись прямо в вестибюле нашей компании, а потом там же и подрались.

Разнимала нас охрана на глазах у бедолаг-сотрудников, которые, наверно, моральную травму заработали, потому что потом мне на глаза месяц не попадались, ловко сворачивая в коридоре в сторону, стоило показаться на горизонте.

Не знаю, почему их именно я так пугал, а не Гном, ведь я, в отличие от него, даже слов никаких не говорил, мат не употреблял…

Но случилось, что случилось.

После того, как нас разняли, приехала вызванная кем-то особенно умным скорая, и меня чуть было не загребли в больницу с подозрением на предынфарктное.

Гном тогда, помню, сильнее меня напугался. Сидел рядом, в скорой, утирал кровищу, потому что нос я ему конкретно так поправил, и клялся, что найдет наших девочек. Главное, чтоб я не нервничал, потому что куда он без меня, придурка. Слова он употреблял другие, конечно, но врачи скорой, два серьезных мужика, не протестовали. Они и сами, наверняка, не хуже умели выражаться…

В этот раз мы были умнее.