Таверна «Хитрая свинья», или Котлета для генерала

Еще издалека я увидела белоснежные стены церкви, ее остроконечный шпиль и высокую колокольню рядом.

Мы въехали в каменную арку, и я затаила дыхание, любуясь очаровательным местом.

По обеим сторонам главной улицы стояли аккуратные домики, выкрашенные в нежные пастельные тона. Их крыши были покрыты глиняной черепицей красного цвета. В воздухе витали ароматы свежих булочек и цветущих яблонь, от которых, как в детстве, кружилась голова. В небольшом водоеме плавали утки, рядом поскрипывало колесо старой мельницы.

Когда мы подъехали к рыночной площади, Рон повернулся к нам и предупредил:

– Сейчас я найду сторожку, и пойдем!

– Какую еще сторожку? – не поняла я, но Дези мне объяснила:

– Сторожками называют местных парнишек, которые за пару монет станут охранять телегу. Они напоят лошадей, дадут им овса.

– А-а-а-а! Понятно! – я огляделась и только сейчас заметила, что вокруг действительно много телег, в которых сидят мальчишки лет пятнадцати и чуть старше. Эдакая платная стоянка!

Через несколько минут Рон вернулся с крепким темноглазым парнем в узких пыльных бриджах и серой рубахе с широкими рукавами.

– Вот наша телега! Присматривай за ней хорошенько! – приказал ему слуга. – Как вернемся, расплатимся с тобой!

– Ла-адно, – парень заинтересованно взглянул на меня и, сплюнув сквозь зубы, спросил: – Тебя еще не посватали, малышка? Если нет, то я готов отдать за тебя четыре овцы и одного барашка. Мой отец больше не даст, но я могу добавить десять тир. У меня есть собственные сбережения!

– Чего-о? – я еле сдержала улыбку. Вот так подкат.

– Ты чего губы развесил, а?! – грозно рявкнула Дези, наступая на «жениха». – Делом займись, а не заглядывайся на барышень!"

"– Она, что ли, барышня? – насмешливо протянул парень, кивая на меня. – На локтях заплаты! Вот так барышня! Вы бы, мамаша, из себя господ не корчили! Отдавайте девку, пока хорошую цену дают! Скоро за нее даже облезлого кролика не получите! Я бы тоже не позарился, уж больно костлявая. Да вот мордашка милая! Откормлю за год и можно людям показывать!

– Ах ты ж балабол! – я схватила его за ухо и скрутила его точно так же, как это делал батя в моем детстве. Помню, во время этой процедуры у меня градом текли слезы, а ухо становилось похожим на мамину подушечку-игольницу красного цвета. – Я тебе сейчас покажу кролика!

Парень взвыл, наклоняя голову за моей рукой. И когда она склонилась достаточно низко, я прошептала ему в другое ухо:

– В следующий раз сверну что-то другое. Да так, что краник работать перестанет. Понял?

– Понял! – пропищал он. – Отпусти, чокнутая!

Я отпустила «жениха», и он запрыгнул в телегу.

– За ухо на монету больше дадите!

– Хорошо, – засмеялась я.