Точно как на небесах

– Грегори был замечен в том, что за столом стрелял из катапульты горошинами.

Гонория чрезвычайно серьезно кивнула.

– Занимался ли он этим в последнее время?

– Нет, в последнее время – нет.

Она сжала губы, подавляя улыбку. Очевидно, в семействе Бриджертонов царила чудесная атмосфера добродушного поддразнивания и взаимной любви. Как раньше в семействе Гонории. Правда, она по большей части только наблюдала за другими, потому что они были гораздо старше и как-то забывали над ней подшучивать.

– У меня к вам только один вопрос, мистер Бриджертон.

Он выжидательно склонил голову набок.

– Каково было устройство катапульты?

Он улыбнулся:

– Это была ложка, леди Гонория. Обыкновенная ложка. Но в умелых руках Грегори она превращалась в страшное оружие.

Гонория рассмеялась, и тут рядом с ней неожиданно возникла чья-то фигура.

Это был Маркус. И он казался взбешенным.

Глава 21

Маркус никогда не замечал за собой склонности к физическому насилию, однако, глядя на самодовольно ухмыляющуюся физиономию Колина Бриджертона, испытывал острое желание пустить в ход кулаки.

– Лорд Чаттерис.

Бриджертон приветствовал его вежливым поклоном. Поклоном и взглядом. Если бы Маркус находился в более благостном расположении духа, он, вероятно, смог бы сформулировать, чем именно так задел его этот взгляд. Но о благостном расположении духа рассуждать не приходилось. В данный момент. А до того оно было благостным. Очень даже благостным. На редкость благостным для человека, который только что выслушал самое чудовищное на свете исполнение Моцарта.

Да, уши Маркуса изрядно пострадали, и тем не менее, пока продолжался концерт, его не покидало ощущение счастья. Он сидел в зале и смотрел на Гонорию. С ее лица не сходила сияющая улыбка. Она улыбалась для тех, кого любила. И он мог хотя бы на краткий миг вообразить себя одним из таких людей.

И вообразил. На краткий миг.

Но теперь она улыбалась Колину Бриджертону с его знаменитым обаянием и сверкающими зелеными глазами. Пока улыбалась только она, Маркус еще сохранял относительное спокойствие, но когда Колин Бриджертон начал улыбаться ей в ответ, терпение Маркуса лопнуло.

Он должен был вмешаться.

Однако сначала ему пришлось приложить немало усилий, чтобы освободиться от Фелисити Федерингтон и ее матушки, которая вцепилась в него в прямом и переносном смысле слова. Вероятно, он повел себя невежливо. Нет, он наверняка повел себя невежливо. Но от дам по фамилии Федерингтон по-иному избавиться невозможно.

Буквально выдернув свой локоть из цепких рук миссис Федерингтон, он направился к Гонории, предававшейся безудержному веселью вместе с мистером Бриджертоном."

"Маркус собирался быть учтивым. В высшей степени учтивым.