Трофей для хоккеиста (СИ)

– Ты не представляешь, как унизительно было узнать, что ты платишь мне зарплату, – выдыхаю я. – Я и до этого чувствовала себя недостаточно хорошим профессионалом, думала, что надо с сентября пойти учиться, чтобы стать настоящим спортивным врачом, чтобы ты посмотрел на меня как на равную, а оказалось… оказалось, что тебе вообще было на это плевать. Ты просто хотел меня к себе в постель.

– А ты не хотела? – спрашивает он с нажимом. – Ко мне в постель?

– Хотела, – я не вижу смысла отпираться, – Но не так. Ты меня очень обидел. Очень.

– Алина, – шепчет он, – я бы никогда в жизни не обидел тебя специально. Я просто не думал…

– Знаю, – тихо говорю я, а сама не могу отвести глаз от его лица, от знакомых белесых шрамов на носу и на брови, от упрямой линии губ. – Влад…

– Да?

– Ты ведь сразу знал, где я. Не верю, что Андрей Юрьевич ничего тебе не сказал. Почему ты приехал только сейчас? Зачем? Что тебе от меня надо?

– Потому что… – хрипло начинает он, а потом умолкает, с силой сжимая челюсти. Его смуглая кожа сейчас кажется совсем бледной, а на прокушенной губе блестит капля крови. – Черт, ну почему это так трудно?!

Я никогда, ни разу в жизни не видела Влада в таком состоянии, и меня это не на шутку пугает.

– Что трудно? – я неосознанно делаю шаг к нему и осторожно кладу руку ему на плечо. Влад порывисто перехватывает ее и сжимает в своих огромных ладонях.

– Трудно сказать, что я люблю тебя, – выдавливает сквозь зубы он и замирает, будто ожидая приговора.

Мой мир с треском разлетается на осколки. Или наоборот рождается заново. Я уже не понимаю. Ничего не понимаю.

Он.

Меня.

Любит.

Это сейчас правда прозвучало? Это не шутка?

– Ты… приехал сказать, что… – с трудом выговариваю я. – Что любишь меня?

– Да, – Влад смотрит на меня твердо, прямо, с вызовом, и только в глубине зрачков мелькает тщательно скрываемая неуверенность. – Это тебя ни к чему не обязывает. Но если ты вдруг захочешь…попробовать еще раз… или… хотя бы просто общаться…

Я порывисто прижимаюсь к губам Влада, не давая ему договорить, и целую, чувствуя металлический привкус крови сквозь знакомое тепло его рта. Пью его вкус, как умирающий от жажды, которого привели к роднику. Влад первые секунды замирает, позволяя себя целовать, а потом выдыхает мое имя мне в губы и молниеносно перехватывает инициативу. Он напористо проникает языком в мой рот, гладит им изнанку губ, вылизывает меня жадно и горячо. Как мне его не хватало, о господи. Как мне сильно его не хватало!

– Это… – он отрывается от меня, тяжело дыша. – Это значит…

– Это значит, что я чуть не сдохла без тебя! – выпаливаю я и с силой толкаю его в плечо. – Я думала, я тебе нужна только для секса!

– Ты мне нужна для всего, – хрипло говорит Влад и облизывает припухшую нижнюю губу.