Вечный любовник

Вкус его кожи был удивительно приятным, его особенный запах проникал в ее рот.

— Нет, знаю. — Он толкнулся назад, смотря на нее с животной ясностью и убеждением. — Я знаю, что ты защищала меня, когда взошло солнце и я был совершенно беспомощен. Я знаю, что ты заботилась обо мне, несмотря на свой страх. Я знаю, что ты кормила меня. Я знаю, что ты воительница, выжившая, Прошедшая. И я знаю, что твой голос — это самое прекрасное, что когда-либо касалось моего слуха. — Он нежно поцеловал ее. — Я знаю о тебе все, и все, что я вижу, прекрасно. Все, что я вижу, мое.

— Я не твоя, — прошептала она.

Отказ не расстроил его.

— Хорошо, если я не могу владеть тобой, владей ты. Возьми всего меня, часть меня, маленький кусочек меня, сколько хочешь. Только, пожалуйста, возьми хоть что-то.

Она потянулась к его лицу, поглаживая идеальные линии щек и подбородка.

— Ты не боишься боли? — Спросила она.

— Нет. Но я могу сказать тебе, что до смерти пугает меня. Потерять тебя. — Он посмотрел на ее губы. — Теперь, ты хочешь, чтобы я вышел? Потому что я это сделаю.

— Нет, останься.

Не закрывая глаз, Мэри потянулась к его губам, проникая языком в глубины его рта.

Он вздрогнули и начал двигаться в равномерном ритме, погружаясь глубже и отодвигаясь назад, раскачивая их тела.

— Ты само… совершенство, — сказал он, слова вырывались в унисон с ударами бедер. — Я был создан… чтобы находиться… внутри тебя.

Настойчивость его движений росла, и вместе с ней усиливался аромат, идущий от его тела. И в скорее, всем, что она видела и чувствовала, стал он.

Взрываясь в оргазме, она выкрикнула его имя, почувствовав, как он переходит грань вместе с ней, как содрогается внутри нее, как освобождение, столь же мощное, как и жажда, выплескивается в нее.

Успокоившись, он перекатился вместе с ней на бок. Он прижал ее к себе так сильно, что она отчетливо слышала биение сердца в его груди.

Она закрыла глаза и уснула в изнеможении, граничащем со смертью.

Глава 29

Этим вечером, когда солнце село и жалюзи поднялись, открыв окна, Мэри решила, что она может привыкнуть к опеке Рейджа. А вот еще хоть небольшого кусочка пищи она не выдержала бы. Она положила пальцы на его запястье, останавливая приближавшуюся к ней вилку, нагруженную пюре.

— Нет, я набита под завязку, — сказала она, откидываясь на подушки. — Мой желудок сейчас взорвется.

Улыбнувшись, он поднял поднос с посудой и поставил его на столик, а потом снова сел около нее. Он ушел почти на весь день, видимо, работал, и она смогла отлично выспаться. Измождение росло с каждым днем, и она практически ощущала, как медленно соскальзывает в пропасть болезни. Казалось, что ее тело с трудом справляется с обычными физическими процессами, отзываясь постоянной болью.