Вечный любовник

Мэри обвела его бедра ногами, чтобы он мог проникать в нее глубже, надеясь, что он останется там навсегда.

* * *Джон шел по дому следом за Торментом. Здесь было много комнат, а вся мебель и украшения были очень красивыми, старинными. Он чуть задержался около одной из картин. Маленькая латунная табличка, прикрепленная к позолоченной раме, гласила: Фредерик Черч.[105] Ему стало интересно, кем был этот парень, но одно он мог сказать точно: художник чертовски хорошо знал свое дело.

Тормент открыл дверь в конце коридора и зажег в комнате свет.

— Я уже поставил сюда твой чемодан.

Джон вошел внутрь. Стены и потолок были окрашены в синий цвет. Здесь стояла большая кровать с высокой гладкой спинкой и кучей пухлых подушек. Он увидел также стол и комод. И пару стеклянных дверей, выходивших на террасу.

— Ванная здесь, — Тормент зажег свет еще в одной комнате.

Джон просунул голову в дверь и увидел кучу синего мрамора. Душ был остеклен и… уау, у него было четыре головки."

"— Если тебе что-нибудь понадобится, Велси здесь. Я вернусь около четырех. Мы уходим вниз примерно в это время каждую ночь. Чтобы связаться с нами в течение дня, просто набери на телефоне единицу. Мы будем рады тебе в любое время. И, да, у нас есть два доджена, которые помогают нам здесь: Сэл и Реджина. Они оба знают, что ты теперь живешь здесь. Они приходят около пяти. Если тебе нужно будет выйти, они отвезут тебя, куда потребуется.

Джон подошел к кровати и прикоснулся к наволочке. Она была такой мягкой, едва ощутимой на ощупь.

— Здесь с тобой все будет в порядке, сынок. Может, придется попривыкать какое-то время, но все будет в порядке.

Джон посмотрел на него через комнату. Собрав свое мужество в кулак, он подошел к мужчине и открыл свой рот. Потом показал на Тормента.

— Ты уверен, что хочешь этого сейчас? — Прошептал Тормент.

Когда Джон кивнул, мужчина медленно открыл рот, обнажив пару клыков.

О… черт. О.

Джон сглотнул и указал на свой рот.

— Да, у тебя будут такие же. Где-то через пару лет. — Тормент пересек комнату и уселся на кровать, упершись локтями в колени. — Мы проходим через Превращение примерно в двадцать пять лет. После него тебе нужно будет пить, чтобы выжить. И я не о молоке говорю, сынок.

Джон поднял брови, интересуясь, из кого ему предстоит пить.

— Мы найдем для тебя женщину, которая поможет пройти через Превращение, и я расскажу, чего тебе стоит ожидать. Это, конечно, не праздник, но после ты станешь таким сильным, что поймешь: оно того стоило.

Глаза Джона сверкнули, когда он оглядывал Тормента. Вдруг он развел руки, показав вертикальное и горизонтальное расстояние, а потом ткнул себя в грудь.

— Да, ты будешь моего размера.

Губы Джона беззвучно ответили: да ну конечно.

— Правда. Именно поэтому Превращение так тяжело перенести.