Выжить любой ценой

Про кинжал Слава старался не думать. Это был не просто трофей. Это было оружие, расставаться с которым Слава был совсем не готов. Было в этом кинжале что-то такое, что притягивало к себе, заставляя касаться рукояти снова и снова.

Поднявшись в кунг, Слава достал топор и, освободив несколько оружейных ящиков, принялся готовить большой костёр. В том, что сегодня будет полнолуние, он даже не сомневался. Недаром же голос так настойчиво подталкивал его к нужному решению. К полуночи Слава успел приготовить себе ужин и подготовить всё к жертвоприношению.

Помня, что жертва должна быть обезглавлена, парень усиленно размахивал топором, разрубая доски ящиков и вспоминая всё, что слышал о нанесении нужного удара.

Ровно в полночь разведя огонь, Слава перетащил шахида поближе к костру и, сняв с его шеи верёвку, коротко приказал:

– Молись.

– Развязать, – угрюмо попросил пленник. – Мой надо намаз делать.

– Не тяни время. Молись, – отрезал Слава, замахиваясь топором.

Сообразив, что это его последний шанс, араб принялся шептать молитву, и в тот момент, когда в воздухе прозвучало слово «амен», парень взмахнул топором, в полный голос произнеся:

– Вам, забытые боги, жертва сия!

* * *– Ты всё-таки решился, воин.

Не ожидал, – прогрохотал старшой, широко, от души потягиваясь.

– Долг платежом красен, – выдохнул в ответ парень, ещё не придя в себя после переноса."

"На этот раз, словно для разнообразия, его утащили целиком. Стоя в памятной пещере перед сидящими в своих креслах богами, Слава старательно отгонял от своего подсознания призрак комплекса неполноценности. Втихаря рассматривая хозяев, он начинал чувствовать себя ущербным.

Что мужчины, что женщины и даже пара весьма пожилых представителей этого пантеона выглядели так, словно готовились к съёмке в рекламе здорового образа жизни и спорта. И это не вспоминая о том, что любой из них был на две головы выше самого Славы.

Поневоле почувствуешь себя козявкой, оказавшись в компании таких гигантов. Вспомнив легенды о титанах, Слава невольно усмехнулся. Собравшиеся были ожившей иллюстрацией к этим мифам. Между тем сидевшая рядом со старшим женщина, легко поднявшись со своего трона, танцующим шагом прошлась по пещере, и все собравшиеся особи мужского пола дружно сглотнули, пожирая её взглядами.

Длинное платье, сотканное словно из тумана, не столько скрывало, сколько подчёркивало все достоинства её фигуры. А посмотреть там было на что. Слава даже на минуту забыл, где находится. Из прострации его вывел довольный смех старшого. Чуть вздрогнув, Слава повернулся к нему и, сообразив, что беззастенчиво пялился на богиню, испуганно прижал уши.