Залог страсти

Отмечалось, что Джеймса Стюарта, графа Морея, на заседании не было. Суд начался в десять утра и продолжался до семи вечера. Поскольку официальных обвинений не было предъявлено, а неопровержимых доказательств виновности подсудимого не нашлось, граф Аргайл, председательствующий судья, оправдал Джеймса Хепберна и очистил от всех обвинений в убийстве Генри, лорда Дарнли. После этого суд удалился в ближайшую таверну, где невиновный угостил всех роскошным ужином.

– Кровь Христова, – выругался Мэтью, узнав обо всем. – Да есть ли на границе человек более дерзкий?!

Ангус рассмеялся.

– Не думаю, что есть, – согласился он. – И на этой земле тоже.

– Значит, дело улажено, и Дун скорее всего может сосредоточиться на своих делах, а не на делах Босуэлла, – проворчал Мэтью.

– Почему твой брат так не любит Босуэлла? – спросила Анабелла мужа, когда они гуляли в саду замка, выходившем на море.

– Он не знает Джеймса так хорошо, как я, – ответил Ангус. – Патрик Хепберн, отец Джеймса, сбежал в Англию, покрыв позором семью. Некоторые считают, что Патрик сделал это, потому что Мария Гиз, которую он любил, отказала ему.

Конечно, Мария простила его и помиловала, так что он смог вернуться, но Джеймс никогда не забывал предательства отца. Он большую часть жизни провел, доказывая верность Хепбернов Стюартам.

– Думаю, что он заботится о королеве, потому что любит, – спокойно заметила Анабелла.

– Да, он так и сказал мне, – признался муж.

– Мэтью боится, что твоя дружба и верность Босуэллу может поставить под удар Дун, верно? Ангус, он, вероятнее всего, прав.

– Все закончилось, – ободрил граф. – Джеймс оправдан, и мне больше ни к чему ехать в Босуэлл.

Он обнял Анабеллу, и они вместе стали любоваться медленно опускавшимся в море солнцем.

Но оказалось, что ничего не закончилось. Приехал еще один гонец от Джеймса Хепберна и попросил графа присоединиться к ним с небольшим отрядом членов клана в замке Данбар.

Граф не колебался, потому что преданность старому другу все еще была велика. Наутро он во главе отряда из пятидесяти человек выехал в Данбар. Мэтью был вне себя от тревоги.

– Какую проделку опять задумал Босуэлл, если счел нужным втянуть в это Ангуса? – повторял он.

Анабелла беспокоилась не меньше Мэтью, но утешала последнего:

– Не расстраивайся, братец.

Она молилась, чтобы ее слова оказались правдой. Потому что была уверена, что снова ждет ребенка.

Весна выдалась прекрасной. На деревьях распускались почки и цветы. Склоны холмов тоже были усыпаны цветами. Анабелла, Джин и Агнес каждый день гуляли в саду и на лугах.

Во время одной из таких прогулок Анабелла призналась, что беременна.

– Ребенок родится к концу года, – добавила она.