Расческа для Лысого

Его завалить с такими лажовыми ошибками – нехер делать.

Черный позвонил сам. Пригласил отметить сделку, по голосу я понял, что он уже вдетый, поэтому ехать не хотел. Да и чуйка насчет малявки работала. Уже два дня она из дома не выходила, в окно не смотрела, вообще, вела себя тихо. И это было странным.

Но, само собой, не настолько странным, как мое сидение у нее под окнами. Но, бляха муха, чего я еще мог сделать? Идти разговаривать? Как идиот, ломиться к ней в дом? Пугать сестру? Оправдывать ожидания бабок на внеочередное шоу Малахова?

Нет, я, конечно, как показывают последние события, мудак, но не до такой степени.

Не скажу, что поверил, когда девчонка в последний раз заявила, что не хочет, но царапнуло. Зло так, бешено. Настолько, что еле сдержался. Очень хотелось мне залезть ей в трусы и на примерах показать, насколько она… Не права. В какой гребанной степени не права.

Но Ленка выглядела бешено, и совсем не так, когда понимаешь, что хороший трах решит проблему. Нет, она смотрела зло и болезненно. И глаза совершенно стеклянные были. Поэтому я решил дать время на перебесится и выдохнуть.

Во-первых, не додавлю. Сломать – сломаю. А нахера? Опомнится – свалит.

А я этого не хочу.

Извинений моих, которые я с трудом из себя выдавил, явно тоже не воспримет сейчас. Никак не воспримет.

Поэтому надо обождать.

Подумать лишний раз о том, что я, мудак, теряю хватку. И за предъявы без нормальных доказательств мне бы раньше такого навертели…

А тут лоханулся. Решил, что есть они, доказательства.

А потом уже, после ее побега из номера, налюбовавшись на лексус, художественно разукрашенный мелкой злючкой, и запретив администрации отеля вызывать полицию, задумался, что реакция-то у нее неадекватная, даже если делать скидку на бешеный стервозный нрав.

Я думал просто выяснить, куда ей так сильно нужны бабки, и решить вопрос. Потому что явно не должна была отказаться. Не должна была, как в прошлый раз сделать.

Но нихера не выяснил. Поимел четкий удар по яйцам, разукрашенную тачку и очередную головную боль.

Загадка моя бешеная! Ну вот как здесь нормальным оставаться?

И в машине потом, ведь на полном серьезе отбивалась, я аж охерел.

И не стал настаивать. Надо переждать. Надо дать ей возможность выдохнуть.

Так и сделал.

А сам справки тщательнее навел. И прям интересные вещи выяснил.

Про опера, который, оказывается, нихера язык за зубами не держит, и ездил к хозяевам того магазина, где малеха моя якобы какую-то хрень своровала, опрашивал и предлагал опять дело открыть.

Правда, там люди послали его, потому что полкан уже все решил, и они перерешать не собирались.