Расческа для Лысого

Смотрю в ее шальные глаза, и чувствую, как плыву. Улетаю. Ведьма маленькая. Крышу сносит на раз. Только видом своим.

Не даю опомниться и чего-нибудь ляпнуть дерзкое, прижимаюсь к сладким губам и просовываю язык в рот. И сочетание Тессерона, дорогого курева и ее вкуса дает такой приход, как ни одна самая элитная и чистая шмаль. Сразу в мозг. Без вариантов.

Я сдираю с нее куртку, кидаю к нашим ногам и, полностью насладившись нереально жадным и вкусным поцелуем девчонки, силой опускаю ее на колени. Зрелище неуступчивой злючки, смотрящей снизу на меня, охренительно. Я без разговоров дергаю пуговицу на джинсах и прихватываю опять пятерней за затылок.

Недвусмысленно подталкивая к действию. И сам дурею. В первую очередь, от того, что нихера не знаю, как она себя поведет. С нее станется показать зубы. Безбашенная же совершенно, отмороженная. Или отшатнуться. Обложить меня матом, не думая о последствиях. Или… И заводит это, пиз**ц, как заводит.

И, когда она открывает рот и обхватывает мой член губами, это прям сюрприз-сюрприз, бл*! Неожиданность! А я – рисковый мужик, только что словивший такую дозу адреналина, что ею можно сердце колоть, как в том боевичке Тарантино!

А потом я забываю и про это, потому что девчонка начинает двигать губами по моему члену и делает это так, что я просто отключаюсь.

И здесь фишка не в умении. Чего-чего, а умения у нее точно нет, не факт, что вообще когда-либо раньше она кому-то сосала. Здесь весь смак в желании. Готовности. И одновременно опасности. Потому что не оставляет меня все равно ощущение, что, если этой стервотине чего-то не понравится, зубы в ход она пустит запросто. Прям вот даже не задумываясь! И от этого понимания тонкой грани кайф вдвойне. И я бы прям кончил ей в рот, потому что подкатывает, но пока рано. Это мы еще сделаем. Вся ночь впереди. А пока…

Я отстраняю ее, вытираю распухшие и бл*дски сексуальные губы большим пальцем, а потом толкаю девчонку на спину, принуждая лечь на куртку. И становлюсь на колени, подхватывая ее стройные ножки и резко дергая на себя. Она выгибается и стонет. Кажется, даже жалобно. Но, может, и нет, потому что мокрая, абсолютно. Течет. Завелась, пока сосала. Сука, это редкость такая, что мне последние тормоза срывает напрочь, и я долблюсь в нее, придерживая на весу за попку с дикой силой, словно хочу весь мозг вытрахать.

И ей и себе.

Луна радует четкостью картинки, переходящей в инфернальность, потому что я смотрю в глаза маленькой стервы, и мне кажется, что они каким-то потусторонним светом горят. И в какой-то момент создается полное ощущение того, что это не я ее трахаю, а она меня. Имеет так, что искры летят! Я резко наклоняюсь вперед и прихватываю ее за горло. Сильно. Заставляя задыхаться, открывать рот, пытаясь глотнуть воздуха.