Беременность на годовщину развода

Я только дождался внизу, когда в ее квартире вспыхнет свет.

Мои окна тоже горят огнем, когда подъезжаю. Может, как следует сбросить напряжение с Таней? Любовница остыла и решила проявить верх понимания в ситуации с Софой. Вот только внутри зудит, я не знаю, нужна ли мне эта жертва?..

На этот раз Таня ничего не готовит и даже не переодевается в домашнюю одежду. На работе нам так и не удалось толком поговорить. Сначала она с какого-то перепуга завела разговор при Софии, позже нам помешал важный звонок из заграницы. Но любовница явно дала понять, она не хочет разрывать связь.

Захожу в квартиру, Татьяна меня встречает. В темной водолазке под горло она выглядит хрупкой и грустной. Снова чувствую жалость, в остальном голова еще забита Софией. Интересно, как далеко она меня пошлет, если я предложу ей уйти раньше в декрет и финансовую помощь?.. Даже усмехаюсь сам с собой.

— Ты поздно, — напоминает о себе Таня.

Вздыхаю.

— Был у Софы.

Татьяна кивает, на секунду прячет взгляд. Потом улыбается.

— Как она? Все в порядке? Я взглянула на ее карту, угроз нет.

Последняя фраза окатывает жаром. Вот если будут проблемы, София точно сядет дома! Мой голос даже звучит резко от эмоций.

— Да, всё хорошо.

Таня смотрит, как я снимаю верхнюю одежду и обувь.

— Ты голодный?

— Не слишком.

— Тогда поговорим?

Киваю, хотя не думаю, что мы договоримся. Оба решаем почему-то пройти на кухню. Я сажусь за квадратный стол, отставив стул подальше. Таня проходит к окну. Смотрю на ее ладную фигурку.

— Ты настоящий мужчина, Семен, — сообщает подруга, — я тобой горжусь. И я должна понять тебя, подставить плечо…

Я не удивлен и сразу ее перебиваю.

— Ты ничего не должна, Таня. Ты молодая, красивая женщина. Заслуживаешь самого лучшего обращения.

Танюша поворачивается, на аккуратных губах улыбка.

— Лучше тебя ко мне никто не относился. Вот и я во всем тебя поддержу. Ты прав, сейчас главное, чтобы София выносила и родила здорового ребенка. А дальше ты возьмешься за его воспитание. Тем более, она в самом расцвете карьеры. Малышом надо будет кому-то заниматься.

Не знаю, от нервов ли, но Таня болтает лишнее.

— Софа и будет заниматься. И я тоже. Танюш, ты пойми, это не только до родов. После мы тоже будем плотно контактировать. София хочет, чтобы у ребенка был отец, и я благодарен ей за это.

Татьяна улыбается.

— Такого отца для своего малыша все бы хотели. Все нормально, я тебя понимаю.

В несколько легких шагов Танюша оказывается сзади. Ее пальчики отодвигаю пиджак, расстегивают ворот рубашки. Вот она уже массирует мою шею на переходе в плечи. Как медсестра она в этом деле ас, я всегда кайфовал, когда она меня мяла. Но сейчас мне что-то не до удовольствий.

Таня жестом заставляет меня откинуться на спинку, проводит ладонью по груди.