Безопасник

– Вы не ответили на вопрос, – тихий голос Вероники врезался в его невеселые размышления.

И что ей не сидится тихо? Везут домой в целости и сохранности. Молчала бы. Зачем мышка всегда пытается дразнить большого и голодного кота?

– На какой именно? – бросил Егор.

– Про… ребенка. Я же не буду вам рожать…

Его усмехнулся. Никогда он не поймет женскую логику. Никогда, сколько бы лет ещё не прожил. Ты ожидаешь от златовласки истерики, готовишься к кардинальным мерам, даже физическому воздействию, а её единственное, что беспокоит – последние пьяные слова Саныча.

– Поживем-увидим, – позабавился Беркут с ответом.

Вероника повернула голову в его сторону и уставилась на него. Глаза большущие, из которых постепенно уходила пьяная пелена и просматривалась осознанность. Щеки бледные. Губы искусаны. А вот по поводу губ стоит ей сделать замечание. Хорошо то, что не использует много косметики, но бальзамом пользоваться надо.

Девушка открыла рот, чтобы ему возразить, даже возмущенно приподняла брови, но, натолкнувшись на его выжидающий взгляд, в котором, он знал, увидела своё отражение и чуть больше, передумала.

Обхватила плечи руками и отвернулась к окну.

Вот и правильно. Беркут не был настроен на душевные беседы. Хватит на него их сегодня.

Они проехали минут пятнадцать, когда Егор услышал ровное дыхание, доносившееся с соседнего сиденья. Златовласка уснула. Съежилась на сиденье, пытаясь принять более удобную позу, и задремала. Егор, нажав на кнопку, немного разложил кресло, чтобы ей было удобно. Она что-то пробормотала во сне и заерзала, пытаясь принять более комфортную позу.

Раньше Егор не заметил, но сейчас увидел – с правой стороны подол платья задрался, обнажив округлое бедро.

Садясь в машину, Ника не поправила его, слишком в растрепанном состоянии была. А у него самого мысли вновь устремились к тому, что принято величать «ниже пояса».

Да, Беркут, спермотоксикоз у тебя конкретный.

Поэтому давай-ка, активнее жми на педальку газа и рули.

Иначе ваша поездка грозит закончиться в каком-нибудь закоулке.

Егор ещё раз бросил взгляд на Нику и призадумался.

Хотя…

Оставшуюся часть пути он запретил себе думать о девушке, как о желанном сексуальном объекте. Всему своё время. Заглушив движок, Егор ловко выпрыгнул из машины и вынул спящую златовласку.

Та снова что-то пробормотала и плотнее прильнула к его груди. Как котенок, честное слово. Беркут покачал головой. И что дальше делать-то будем, котенок?

Его страсть к ней не уменьшилась ни на йоту.

Позиции обозначены."

"Оставалось двигаться только вперед.

Он, продолжая с легкостью удерживать её на руках, вошёл в лифт, проследовал до нужного этажа и так же, без видимого напряга, открыл дверь квартиры. Не разуваясь, прошёл в спальню и положил Нику на кровать.