Бросок кобры

Я успокоился, понял, не знает он ничего, слухи о нападении на вас слышал, и только. Я ему объявил, что мужика того помню, дворами от него ушел, ножом полоснул и ушел.

Вася помолчал чуток, выпил и говорит: ты мне, малый, лапшу не вешай. Ты тогда на всю округу раззвонил, что сыскаря пером ткнул. А недавно наш качок в одном зале с полковником тренировался, потом в душе вместе мылись. Отметина на груди и под лопаткой у сыскаря от пули имеется, а следа от пореза на руке нету. Я же знаю, что вы тренируетесь и пулевое ранение имеете; чую, правду гость говорит, испугался, ответа не нашел и между глаз ему стаканом врезал.

Кричу, пошел ты к такой-то матери, не знаю никакого полковника! Собирай, сука, свои шмотки и уматывай! Я бутылку схватил, драться собрался, он так не видный, но здоровый. Вдруг мой Вася на сто восемьдесят развернулся, давай меня успокаивать. Чего размазывать, не уходит он от меня, живет, выпивку покупает и как нитка за иголкой. Вот и сегодня, я ему повестку ГАИ показываю, говорю, ехать надо. А он мне, и я с тобой, скучно одному.

– Миша, дело не простое, опасное, я в нем сам разобраться не могу. У тебя к “мерсу” маяк прилеплен, чтобы слежку легче было вести, думаю, телефон прослушивается.

Тебя все эти дела не касаются. Маяк в машине не ищи, ты ничего не знаешь, по телефону говори, как прежде, только мне не звони.

– А чего этому Ваське от меня требуется?

– Точно не знаю, возможно, они нашу старую встречу вспомнили, проверяют, нет ли между нами связи, – ответил Гуров, решая, можно ли в такой ситуации просить парня найти Лёнчика. Вести игру против уголовников – одно дело, против спецслужбы – совсем иное.

Михаил почуял сомнения полковника, сказал:

– Не бойтесь.

Лев Иванович, я не такой простой, говорите, чего надо.

– Скажу, – решился Гуров. – Только ты сделаешь, что требуется, и никакой самодеятельности. Иначе тебя, Миша, даже не захоронят.

– Не пугайте, я и так боюсь.

– Раз боишься, хорошо, терпеть не могу бесстрашных. Встретишься с местным авторитетом один на один. “Другу” своему скажешь, что не его это собачье дело, а хочет много знать, пусть у самого авторитета и спрашивает. А пахану скажешь, что тебе нужно видеть Акима срочно и по личному делу. Начнет расспрашивать, пригрози: если не сведет.

Лёнчик не простит. Понял?

– Не дурак, только Лёнчику я должен серьезное сказать, иначе погорю.

– А Лёнчику ты расскажешь о Василии все подробно, о спортзале скажи обязательно, что качок с полковником в душе мылся, тоже скажи. И тут обмолвься, по твоему мнению, никакой деловой в душ с полковником попасть не может, липа все это. Просто Вася – неизвестно кто, тебя проверяет и ищет связь с полковником Гуровым. А что тот, прошлогодний, мужик – полковник Гуров, ты до разговора с Василием и не ведал.