Бросок кобры

– Шестнадцатого поздно, скандал не успеет набрать обороты. Из-за ночной проверки сегодня он опоздал. До дня выборов завтра последние спектакли для детей.

Начальник охраны провел сыщиков в ложу дирекции, и они начали смотреть представление, которое называлось “Лед и пламень”. На программе были изображены изящные гимнасты, рыжеволосая красавица на белом коне и любимец зрителей Юрий Никулин с детской обаятельной улыбкой и в своей знаменитой шляпке-канотье. В первом отделении Гуров насчитал одиннадцать номеров, во втором – четырнадцать, сколько артистов занято в представлении, понять было невозможно.

Арену покрывал тонкий слой льда, возможно, это был и не лед, какое-то иное скользкое покрытие. Занятый мыслями только о террористе, Гуров данным вопросом не интересовался.

Круглая чаша цирка была переполнена, она вмещала две тысячи человек, это сыщик знал. Две с лишним тысячи жизней. Он смотрел на скользящих по арене красавиц и не видел девушек на коньках, ему мерещился кошмар возможного взрыва. Если даже потолок не обрушится и взрыв не сровняет цирк с землей, оставшиеся в живых передавят друг друга.

Девушки в кокошниках скользнули за портьеры, появились традиционные клоуны, которые смешно падали, вызывая восторг детворы.

Гуров подтолкнул Крячко, вышел из ложи, спустился в пустое фойе.

– Я не могу на это смотреть, – сказал он, доставая сигареты.

– Мужчина, здесь не курят, – недовольно предупредила билетерша.

Гуров кивнул. Крячко, стараясь казаться бодрым, сказал:

– Мы возьмем его. Он же не Кио, не может материализоваться из воздуха. Он должен принести пятьдесят килограммов, такой груз в карман не спрячешь.

– Камуфляж под реквизит, провезет со двора.

– Там встанут лучшие сыщики, – возразил Крячко, – снабдим их магнитами, этими щупами, которые использует охрана в том же казино. Лично я считаю, что, когда он увидит усиленную охрану, откажется.

– Антисоциальный психопат, – пробормотал Гуров. – Так врачи называют человека, которого мы ищем. В обыденной жизни нормальный, ничем не примечательный, в экстремальных ситуациях решительный, бесстрашный.

– Что делать с девушками? Они в Москве, я говорил с ними. Конечно, напуганы, но прийти сюда не отказываются.

– Бессмысленно. Он не появится здесь в своем повседневном обличье. – Гуров покачал головой, задумавшись, сел на скамейку рядом с медвежонком.

– Будем фотографироваться? – спросил молодой человек с аппаратом. – Тридцать тысяч вон той девушке, пожалуйста.

– Да, пожалуйста, я заплачу. – Крячко подошел к стоявшему рядом столику, заплатил, получил квитанцию.

– Расслабьтесь, можете его обнять. – Фотограф навел аппарат. – Да улыбнитесь, что вы словно памятник.

Гуров положил руку на шею медвежонка, изобразил улыбку.