Человек с двойной тенью

– Ты что же, думаешь, что…

– А ты погоди, – перебил майора Федор. – Самого-то интересного я еще не сказал. Так вот: женился. А уже через день молодая жена устраивается на работу. Вот скажи ты мне, к чему такая спешка при богатом-то муже? А ведь он богатый. Зарплата, спецпайки… Нет же – устраивается! Подозрительно? Но даже не это главное. А то главное – куда именно она устраивается. Стрелком военизированной охраны на шахту «Поварниха»! Как тебе расклад?

– Как так стрелком? – удивился майор. – Это за один-то день? Да там одна только проверка займет месяц, если не больше! Работа-то при оружии, ответственная!

– А она устроилась, – сказал Федор. – Без всякой вашей проверки. Думаю, тут постарался ее новоиспеченный муж – тот самый Миловидов.

– Да ведь это незаконно!

– А он взял, да и нарушил закон. Вопрос – зачем?

– Ну… – почесал затылок Расторгуев.

– Вот то-то и оно. Коль нарушил, то, стало быть, у него на то была причина. Вопрос – какая причина? Ответ, думаю, здесь один. Он не хотел, чтобы НКВД заинтересовался его любимой супругой. Ведь проверкой занимается ваше ведомство?

– А то кто же! – буркнул майор.

– Вот видишь! Мало ли! А вдруг какой-нибудь твой орел, проверяя, раскопает что-нибудь этакое? Уж лучше не рисковать! А отсюда сам собою возникает еще один дюже интересный вопрос. Отчего это супруга Миловидова, вместе с самим Миловидовым, так опасаются проверки? Если они честные советские люди, чего им бояться? Но ведь и это еще не самое интересное. Самое интересное получается, если все эти недоразумения и вопросы сложить вместе. Тогда-то получается очень красивая картинка. Прямо дух захватывает от такой красоты.

В дверь постучали: это старуха Ворониха принесла свое традиционное угощение – травяной чай. Дождавшись, когда старуха выйдет, Расторгуев спросил у Федора:

– Ты думаешь, что мы дождались-таки гостей?

– Не торопи меня, – сказал Горюнов. – Как говорили у нас на фронте, не беги впереди танка. Тут главное не упустить никакой детали. Все детальки должны быть подогнаны друг к дружке, как у трактора с Челябинского завода.

Федор прислонился к стене и закрыл глаза. Какое-то время он сидел в неподвижности, затем потер лоб и сказал:

– Значит, так… Картина складывается такая… Ах ты ж, черт… Как бы поточнее нарисовать эту самую картинку… Мысли разбегаются в разные стороны. Одна – вправо, другая – влево, а третья – вообще неизвестно куда. Картина, значит, такая. Известно, что в Кузбассе еще с сорок первого года обретается немецкий агент, кличка которого Инженер. Скорее всего, он специалист по добыче угля, а значит, и здесь приткнулся к углю. Не поставят же его варить сталь или водить паровозы.