Черная невеста
Вынужденно оказавшись в эмиграции, бывший секретный агент российского императора Амалия Корф скучала в Лондоне, но лишь до тех пор, пока ее дочь Ксения не попала в центр странных и опасных событий. Ксения стала свидетельницей смерти случайного прохожего, которого убили весьма специфическим способом – укололи пропитанным ядом кончиком зонта… Как выяснилось, накануне гибели мистер Роберт Бойл получил по почте свой собственный некролог, где была точно указана дата его кончины. Подобные преступления стали происходить с пугающей регулярностью, и каждый раз жертва заранее получала некролог… Чувствуя свою причастность к судьбе человека, умершего у нее на руках, Ксения приняла деятельное участие в расследовании необычных преступлений, не подозревая, что это может поставить под удар ее саму… И только вмешательство блистательной Амалии позволит избежать новой жертвы!
– Да, сначала все вроде бы было против мистера Найта: его личное участие в проваленных процессах, стрихнин и отсутствие алиби. Но когда мы начали проверять детали, оказалось, что семнадцатого числа, когда произошел взрыв в Ливерпуле, его не было дома всего два или три часа. За два часа – и даже за три – невозможно из Лондона добраться до Ливерпуля, подстроить взрыв и вернуться обратно. Значит, либо у него был сообщник, либо он каким-то образом узнал, что кто-то собирается свести счеты с Уэббером. Либо, наконец, он вообще ни при чем, а значит, все придется начинать сначала.
Мэтью задумался.
– В любом случае, я полагаю, мы не должны выпускать мисс Ксению из виду, – сказал он.
– Это уж само собой разумеется, – отозвался инспектор.
…В этот день Амалия собиралась купить билет на континентальный экспресс, но телефонный звонок заставил ее забыть обо всем на свете.
– Рана серьезная, но сэр Артур Несбитт обещает сделать все возможное… Ее поместили в отдельную палату, а охраной занимается полиция.
– Скажите, она выживет? – задала Амалия вопрос, который волновал ее больше всего на свете.
– Сэр Артур уверяет, что ее состояние стабильное, потому что мистер Сеймур не дал ей истечь кровью в первые минуты после ранения, – последовал ответ. – Да, в данную минуту прогноз вполне благоприятный.
Случаются мгновения, когда самые сухие, самые что ни на есть казенные штампы способны подействовать на человека живительнее, чем всякие поэтичные обороты. Воспрянув духом, Амалия поспешила в больницу, где застала целую компанию: во-первых, инспектора Хантера и его людей и, во-вторых, Ричарда Сеймура, к которому присоединился совершенно ошеломленный всем случившимся Роджер Деннорант.
– Надеюсь, инспектор, вы выделили охрану мисс Крюгер? – осведомилась Амалия неприятным тоном. – А то, знаете ли, бывают случаи, когда человек не доживает до суда…
У Мэтью Бренарда мелькнула мысль, что неплохо бы и в самом деле увеличить охрану раненой, потому что, если до нее доберется непредсказуемая мать Ксении, Грете придется туго.
– Мисс Крюгер находится в другой больнице, и, разумеется, наши люди не спускают с нее глаз, – ответил инспектор, который не хуже своего подчиненного понял, куда ветер дует.
– Это обнадеживает, – кивнула Амалия и, сочтя, очевидно, что полицейские больше не заслуживают ее внимания, подошла к Ричарду, который сидел возле двери палаты Ксении, стиснув руки. Вид у него был отчаянный: он так и не смыл кровь и в своем фантастическом одеянии походил на существо из какого-то другого мира. На Амалию он поглядел так, как смотрел бы приговоренный к смерти. Губы его шевельнулись, но он не проронил ни слова.
Роджер счел своим долгом вмешаться. Он представился и сказал:
– Мне очень жаль, что все так получилось.