Его нежеланная графиня

Пожалуй, надо было об этом сказать, но находиться рядом с графиней становилось все труднее.

Лучше уйти, пока еще получается держать слово. Слишком уж сильные чувства вызывает эта женщина. Неужели, причиной тому проведенная ночь? Ну не любовь же, в самом деле?

Нет, дело именно в ночи. Просто он еще слишком хорошо помнит, какое у графини безупречное, приятное тело. Мужчина стиснул зубы. Так, про ее тело тоже сейчас лучше не думать. Иначе он точно отсюда не уйдет.

— Вашей вины здесь нет. — выдохнул он и решил закончить разговор на более приятной ноте. — А еще, я ваш муж.

И имею полное право вас порадовать. Какие украшения вы любите больше всего?

Вопрос явно не имел подтекста, но в то же время, он был прекрасным способом укрепить свои позиции и выставить мужа вон. Все это пролетело у Алесии в голове буквально за доли секунды.

Задвинув совесть подальше, она швырнула в сторону платок. Граф смутно почувствовал, что совершил ошибку. Не сразу только понял — где? Впрочем, его неведение длилось недолго.

— Так вы пришли сюда, чтобы расплатиться за ночь? — прошипела Алес (не кричать же с больным горлом). — Думаете, мне нужны ваши драгоценные побрякушки? Или считаете, что все женщины продажны? Их можно оскорбить, обесчестить, а потом откупиться парой колец?

— Я не…

— Ваше предложение просто оскорбительно! Оставьте уже меня!

— Послушайте, я вовсе не то имел в виду.

Но если вы сочли мои слова оскорблением, прошу извинить. — мужчина встал. Губы его были плотно сжаты, а из глаз почти пропал огонь. — Выздоравливайте, графиня. — он вышел.

Алесия сползла на подушки и тихо перевела дух. Не перегнула ли она палку? Ммм… Нет. Арельса полезно было встряхнуть. Но как-то слишком уж долго действуют вчерашние травки.

Главное, чтобы мужчина не начал приставать к служанкам. Впрочем, насколько она успела узнать, граф ни разу не был замечен в подобных интрижках, не в его это правилах. Тем более, действие отвара должно скоро сойти на нет.

Зря не проверила с утра — сколько он там выпил?

И больше графу не наливать, вон как его пробрало. Хотя, заваривать и так уже нечего. Оба свертка от Альмы были еще утром развеяны в окно. Только дура оставила бы при себе такой компромат. А женщина себя дурой не считала.

Глава 20

Портрет

Осенняя ярмарка.

Неподготовленного человека она привела бы в ужас. Грязь, крики скота, тучи мошек и аромат, как от кожевенной мастерской. Но сами крестьяне, ежегодно стекающиеся сюда со всех окрестных деревень, не замечали неудобств.

Потому что ярмарка была для них весьма долгожданным событием. Где еще простому человеку продать скот, закупить хорошее посевное зерно и узнать последние новости со всех уголков королевства?

Торговля шла прямо с телег. Но и дорожные кареты не были здесь редким зрелищем.