Его нежеланная графиня

Хромота еще не прошла, но передвигаться по замку женщина могла без посторонней помощи. Правда до первого этажа она добиралась добрых пятнадцать минут. Чувствуя себя, при этом, распоследней улиткой.

Но стоило увидеть Лайона, как все посторонние мысли тут же вылетели из головы. Как же она все-таки по нему соскучилась! Брат без лишних слов заключил ее в объятия. И так они стояли минут пять, понимая, что тут не нужны никакие слова.

Наконец, Алесия отстранилась и смахнула слезинки, выступившие в уголках глаз.

— Не ожидала, что ты приедешь.

— Разве я мог поступить иначе? — в зеленых глазах промелькнула горечь. — Я должен был вывернуться из кожи, но не допустить твоего отъезда в Арельсхолм. Сперва отравление, теперь это…

— Не вини себя. Тем более по закону, за мою жизнь теперь отвечает муж.

Лайон выразительно хмыкнул. О том, как граф Арельс выполняет свои обязанности он мог бы сказать многое, и промолчал только из уважения к сестре.

Впрочем, Алес и так все поняла. Брат и ее супруг не ладили с самой первой встречи, но по-хорошему, стоило бы их примирить.

* * *Остаток дня прошел по-домашнему уютно. Лайон рассказывал о делах поместья. О том, что мужики все-таки успели возвести в деревнях по бане. Крист выковал несколько утюгов, но крестьяне их не оценили. Зато стиральные машины были нарасхват.

Одну даже привезли на осеннюю ярмарку, и сумели продать за восемь аргенов. Дорожные игры, вырезанные Люсией, тоже пошли хорошо. А кожевники построили под шитье рюкзаков и чемоданов отдельный цех, потому что спрос медленно, но неуклонно рос.

Что же касается мебельного цеха, о нем молодой человек решил пока промолчать. Ведь и у стен бывают уши. Не стал он говорить и о встречах с эйсой Кэрин. Лишь вскользь упомянул, что узнает о жизни в поместье из надежных рук.

Почему? На этот вопрос Лайон не смог бы ответить даже себе. Сестре он доверял. Однако редкие встречи с Кэрин казались ему слишком личными. Хотя ничего предосудительного в них не было.

Просто разговоры о книгах и о делах. Причем о первых, даже в большей степени. Ему казалось, что нет такого автора, про которого бы эйса не знала. И это не могло не восхищать.

Алесия тоже не сильно распространялась о семейной жизни, ограничившись коротким — все хорошо. Зато поделилась своими идеями и даже показала флакончик подсолнечного масла, которое успело слегка помутнеть."

"Лайон проявил к маслу живейший интерес, усомнившись, правда, что на нем можно готовить. Как никак, масла использовались в основном для кожи и волос. Но почему бы не закупить пару мешков подсолнечных голов, хороший пресс и не попробовать наладить производство?

Проговорили они до самого утра. И когда камин окончательно погас, а служанка спросила — подавать ли завтрак? Алес пришла в себя. Спать хотелось неимоверно.