Его нежеланная графиня

— Какого… — начал он, но в этот самый миг перед лицом возникло нечто, что приличными словами не так-то просто описать. Отшатнувшись, граф даже не попытался прибегнуть к литературной лексике. — Это что еще за?!.

Алесия только мысленно присвистнула, почерпнув для себя новый матерный оборот. Не то, чтобы она собиралась его использовать, но в качестве общего развития — почему бы и нет?

Следом у нее промелькнула мысль, что настоящая леди в такой ситуации наверняка бы обиделась. Поэтому девушка поспешно выпятила нижнюю губу и, как только граф прервался на вдох, заговорила:

— Вы… вы не рады моему подарку⁈ — тут не помешало бы добавить в голос слезы, но не так-то просто это сделать, когда с трудом сдерживаешь смех.

— Графиня⁈ — окончательно проснувшись, Нортман устремил взгляд на жену. А вот на то, что женщина держала в руках, смотреть совсем не хотелось. — Это еще что такое? И что вы забыли в моей спальне?

Алес театрально взмахнула ресницами и выставила перед собой сову, как щит.

— Ваше сиятельство… — певуче произнесла она, — Вы же сами сказали, что рукоделие — самое подходящее занятие для благородной дамы. А я… я больше всего на свете желала вам угодить.

Поэтому плела день и ночь напролет, чтобы вас порадовать…

— И что же это? — перебил ее граф.

— Сова. В окрестных лесах, должно быть, немало сов. И я подумала, что вам, возможно, будет лестно заиметь свою.

— Мда, графиня. Определенно, это не ваше…

Девушка на секунду растерялась.

— Плетение?

— Думать. — осадил ее Нортман, с трудом сдерживая зевок.

Алесия мысленно чертыхнулась. Ах ты ж! Кто-то на досуге учился язвить? Ну ничего, дорогой супруг, посмотрим еще, за кем останется это «поле боя».

— Фи, как вы не любезны! — фыркнула она, чуть вздернув нос.

— А я считаю, что эта замечательная сова очень оживит ваши покои! Надо только найти ей подходящее место. Скажем, над камином? Я ее зацеплю за выступ того щита, и по ночам она будет смотреть, как вы спите?

Прежде чем мужчина успел возразить, Алес соскочила с его кровати и действительно повесила сову на щит. Правда для этого пришлось встать на носочки. Роста хватало едва-едва.

С секунду полюбовавшись, девушка вновь повернулась к мужу.

— Рада, что смогла вам угодить. Но если с ней вдруг что-то случится — не огорчайтесь.

Я обязательно сплету еще. Доброй ночи, граф. — она бросила быстрый взгляд в сторону окна, где только-только начинал заниматься рассвет. — Или… доброго утра. — изобразив подобие реверанса, Алесия выскользнула за дверь.

Оставшись один, Нортман сполз обратно на подушки и закрыл глаза. Немного полежал. Потом открыл их.

Сова, висевшая над камином, будто и впрямь разглядывала его, своими красными глазками. Мужчина никогда не боялся птиц, однако конкретно эта вселяла какую-то неясную тревогу.