Его дерзкий трофей

— Угу… — киваю я.

Чё она так долго?

Лучше бы с ней пошёл…

Я никогда не видел, чтобы человека так уносило с одного бокала вина.

Может, она там свалилась со своих ходуль?

Я реально не могу без улыбки смотреть на её ноги в этой обуви. Да и никто не может, даже Макс на секунду потерялся, а это в известных кругах фантастика.

Она была какая-то загруженная и замкнутая, после того, как мы покинули вокзал. Явно варит в своём котелке какую-то геморрную кашу. И что там за проблемы такие?

Я подумал, ей нужно расслабиться, но не ожидал, что она так поплывёт…

Блин, это забавно, писец…

— Может, мне тоже себе студентку завести?.. — соскакивает вдруг с темы Макс.

Перевожу на него глаза.

Прям чудо-чудное, что я застал его сегодня не на дресс-коде. Когда такое было, чтобы этот хренов консерватор вылезал из своих костюмов? Он откинулся на стуле, положив один локоть на спинку, и внимательно за мной наблюдает, одетый в джинсы и небелую рубашку. Я попросил его подхватить нас у вокзала, чтобы не брать такси. Мы забурились в одну кафешку недалеко от моего дома, чтобы я накормил себя и Диану.

— Я думал, у тебя уже есть, — говорю ему, складывая руки за головой.

С такой-то коллекцией.

— Не, я до такого не додумался, — усмехается он. — Она у тебя поезда по ночам разгружает?

Провожу языком по зубам, чтобы не заржать.

Моя принцесса отужинала. Конечно, до меня ей далеко. В сезон я могу потреблять до трех тысяч калорий в сутки, чтобы поддерживать вес и мышечную массу. У меня в сумке всегда есть какой-нибудь хавчик для перекусов между основными приёмами пищи. Выходит, я жру постоянно. Но, моя девочка, думаю лопает не менее полутора тысяч минимум.

Её тело в общем и целом треть от моего, а руки, как палки. Ноги в принципе тоже. Как, блин, такое возможно?

— Растущий организм… — пожимаю я плечом.

— У тебя это серьёзно?.. — как-то излишне незаинтересовано тянет он.

Чё?!

Моя рожа мгновенно каменеет, а мышцы напрягаются. Опускаю руки и смотрю на него, сощурив глаза.

Он не улыбается. В его чёрной бороде даже намёка на улыбку нет. Моя рука сжимается в кулак, а челюсть каменеет…

Проговариваю по слогам, подавшись вперёд:

— Закатай, бл*ть, свою губу.

Только представляю его лапы на теле моего Цыплёнка и меня клинит. Представляю её грудки с коралловыми сосками в его наглой бородатой пасти и чувствую бешеный всплеск чего-то радиационного в своих жилах.

Его губы кривит ухмылка. Белые зубы вылезают наружу.

Сука.

Пи*ц!

Мудачина!

Приехали…

Адски-бл*дский пи*ц!

Я ревную!

И не так, чтобы чуток! А прям дико!

Вот это приход…

Вижу Диану-разрушительницу нашей с ним дружбы в тускло-освещённом коридоре и вскакиваю со стула так, что он падает. Макс поднимает свои чёрные колкие глаза вслед за мной и тянет:

— Я ещё не раскатывал.

Ещё, бл*ть?!

Свирепею.