Если б не было тебя

Воссоединения семьи не произошло. Мать билась в истерике, призывая меня прекратить всякое общение с нашедшимся родителем, он же рассказывал совсем другую историю, выставляя бывшую супругу в невыгодном цвете. Подкрепляя свои слова определенными фактами и все больше склоняя на свою сторону.

Это сейчас я понимаю, что не нужно мне было вникать в их семейные разборки и принимать чью-то сторону. Они оба мне родные. И оба были дороги.

Но тогда взыграл юношеский максимализм, детские мечты иметь настоящего папу, которым можно гордиться, и в один прекрасный день моя ссора с матерью стала последней.

Меня будто прорвало. Я орал в трубку до срыва голосовых связок, обвинял ее в том, что она лишила меня нормального детства, возможности иметь полноценную семью, общения с отцом. Я предъявил ей даже то, к чему она, по сути, и отношения не имела.

А после оборвал все контакты, сменил номер телефона и перестал выходить на связь.

У меня началась другая жизнь, полная взлетов и падений, цинизма и разочарований.

Мир сурового бизнеса.

Я окунулся с головой в учебу, параллельно работая в компании отца. Стараясь выкладываться на максимум. Заслуживая уважение, доверие, нарабатывая опыт. Тогда это казалось важным. Показать, что я чего-то стою, что я сын своего отца.

Я поправил венок, отошел назад и присел на скамейку. В последний раз я видел мать около восемнадцати лет назад, за пару месяцев до нашей ссоры.

Уже тогда нервничая и предъявляя кучу претензий.

Она умоляла выслушать, просила понять ее.

Простить…

Но я ушел.

Хлопнул дверью, не оглядываясь, и поставил жирный крест на нашем общении.

Это сейчас, глядя на земляной холмик, я понимал, что рад бы выслушать, полжизни отдал бы за один только разговор, за возможность снова обнять ее, прижаться к родной щеке, почувствовать тепло ладоней, руки бы ее поцеловать, да поздно.

Нет уже на свете той, которая подарила мне жизнь и свою потратила только на то, чтобы я был счастлив. И можно сколько угодно кричать в пустоту и биться головой о стены. Ничего уже не изменится.

Она ждала. До последнего ждала, когда я одумаюсь, вернусь, прощу. А я просто эгоистично забыл.

В горле встал колючий ком от осознания своей вины.

О ее смерти я узнал случайно, спустя почти три года. И еще столько же не мог решиться приехать сюда. Чтобы поговорить, попросить прощения и выполнить свой последний сыновий долг.

Перед глазами встала пелена, мешая зрению, поэтому, когда в кармане звякнул телефон, я даже не сразу смог разглядеть, от кого сообщение.

Достал на автомате, снимая блокировку, пробежался по строчкам, пытаясь уловить смысл.

""Ждем сегодня в семь. Как договаривались"".

С кем я договаривался? О чем? Кто меня сегодня ждет?

Голова с трудом соображала, погруженная в мрачные мысли.