Моя (не) на одну ночь. Бесконтрактная любовь

Зато на ресепшене их ждали, даже имена выучили! И чаем напоили, пока они регистрировались.

— Господин Данилевский будет ждать вас через час в холле, — сообщила улыбающаяся администраторша, и Ольга оценила деликатность Давида.

Их с Антоном проводили в отведенные номера. Ее номер был ожидаемо шикарным, особенно впечатлила ванная комната. Оля сначала хотела ограничиться душем, но не опробовать такую ванну было просто грешно. В конце концов, она не планирует никого завлекать, так что на сборы вполне хватит получаса.

С наслаждением полежала в душистой пене. Потом решила, что полчаса для наведения красоты — непозволительная роскошь, в пятнадцать минут вполне можно уложиться. И уже смывая пену тяжело вздохнула.

«Кажется, я начинаю понимать Ямпольского», — подумала покаянно. Кто же мог знать, что роскошь настолько быстро ее развратит! Мало того, останавливаться не хотелось, а хотелось развращаться дальше и желательно до конца своих дней.

Но вспомнив расценки за сутки проживания в отеле, мигом спустилась на землю. Даже если она останется работать в Германии, такой отель будет не по карману. Ну разве что раз в год в качестве поощрения самой себе за хорошую работу. И то потом чтобы не пришлось себя грызть за расточительность.

Это для таких как Данилевский, он тут наверняка себя чувствует, как рыба в воде. Или тот же Аверин, к примеру…

«Опять Аверин! Сгинь!»

В условленное время в дверь постучали. Оля в последний раз прошлась по волосам щеткой — прическа даже после ванной оставалась безукоризненной, волосок к волоску. Из косметики на ней был лишь блеск для губ и тушь для ресниц. Из украшений — цепочка и подаренный Авериным аромат. Выбросить именной флакон у Ольги не поднялась рука.

Антон ждал за дверью. Окинул оценивающим взглядом, и ей вновь стало неловко. Но тот или ничего не заметил, или сделал вид.

— Идем. Давид уже здесь.

Спустились в холл, и Ольга сразу увидела знакомую фигуру в коляске. Они не виделись с Давидом всего ничего, но ей показалось, что в плечах Данилевский стал шире. То, что мужчина не пренебрегает тренировками, вызывало уважение. Впрочем, как и сам Давид.

Кто бы сомневался, что первым он поздоровается с мужчиной! Ох уж этот менталитет…

— Рад видеть, — протянул руку Данилевский, глядя Антону в глаза.

— Взаимно, — Антон пожал руку, ответив твердым взглядом. Друзья-однополчане, ни дать, ни взять…"

"Может, всему виной ее предвзятость, но это рукопожатие показалось Оле чуть крепче и чуть дольше положенного для такого случая. А пока она размышляла, Давид завладел ее рукой и поднес к губам.

— Оленька! Я счастлив, что вы приняли мое предложение.

От неожиданного жеста и откровенно восхищенного взгляда заалели щеки. Она сама от себя не ожидала, что так засмущается.