Гладиаторы

Мне скучно, – последовал ответ.

– А я думал, ты любишь отдыхать, – растерялся Матвей.

– Люблю. Но сейчас скучно, – вздохнул Рой и, оторвавшись от угощения, подошёл к проводнику.

Положив ему на колени огромную башку, пёс еле слышно заурчал, и Матвея обдало тёплой волной самых разных эмоций.

– Не сердись. Мне правда скучно. Мы давно не ловим врагов.

– Знаю, Ройка. Но ведь это хорошо. Это значит, что мы их победили и можем просто жить дальше, – подумал Матвей, ласково теребя бархатные уши кобеля.

– От тебя плохо пахнет, – тихо фыркнул пёс.

– Знаю. Но и ты у меня не розовый куст.

Так что квиты, – улыбнулся Матвей.

– Что значит квиты? – тут же последовал вопрос.

– Это значит, каждый остался с тем, что у него и было.

– Не понимаю.

– В расчёте.

– Всё равно не понимаю, – продолжал упираться кобель.

– Это только человеческое понятие. Просто запомни его, – отмахнулся Матвей. – Ты не услышал, зачем нам завтра идти в штаб?

– Нет. Он и сам не знает, – вздохнул Рой и, потеревшись о проводника так, что подвинул его вместе со стулом, вернулся к угощению.

Внимательно наблюдавшие за ними гости только удивлённо крутили головами.

Заметив их реакцию, Матвей чуть усмехнулся и, махнув рукой, скомандовал:

– Наливай. А то с этим гостем из меня весь хмель вылетел.

– Неужели он вправду всех подряд услышать может? – спросил боец, разливая водку по стаканам.

– Всех, – вздохнул Матвей. – А самое смешное, что у этого барбоса на всё есть своё собственное мнение. Потому и возникают иногда такие вот ситуации.

– А я всё голову ломаю, с чего это вдруг он даже голос не подал, – протянул другой боец.

– Ему, видишь ли, интересно стало, кто это меня посреди ночи ищет, – усмехнулся Матвей.

– О как?! И что ты с этим самоуправством делать будешь?

– Уже сделал. Выговор. Ну не бить же его, – развёл руками проводник.

– Тебе виднее. Лично я даже на выговор бы не отважился, – рассмеялся боец, разливавший спиртное.

– Да уж. С таким крокодилом шутки плохи, – кивнул второй, поднимая свой стакан.

– Да бросьте вы, – отмахнулся Матвей. – Просто любить их надо. Вот и всё.

– А ты, выходит, из разряда чокнутых собачников?

– А кто ещё решится рядом с таким зверем всю жизнь жить? – развёл руками Матвей."

"Друзья за разговором допили бутылку, и Матвей, выделив им постельное бельё и подушки, принялся наводить порядок.

Быстро собрав объедки и мусор, он вымыл посуду, присев на ступеньку крыльца, закурил. Вышедший из дома пёс, присев радом с ним, ткнулся носом в щёку проводника и, вздохнув, спросил:

– Ты грустишь. Зачем?

– Я вспомнил свою семью, Ройка.

– Я знаю. Но ведь их давно уже нет. Они умерли.

– Да. Умерли.

– Тогда зачем вспоминать?

– Ну, ты же помнишь своих братьев, которых убили враги.

– Плохо, – откровенно признался пёс. – Я не умею долго помнить.