Гладиаторы

– Пошли отсюда, – сказал Рой и, развернувшись, направился к выходу.

– Куда это он? – спросила странно притихшая Дана.

– К машине. Поехали отсюда, – ответил проводник, махнув рукой.

Он действительно ничего не понимал. Вся эта история выбивала его из колеи. Шагая по полутёмному коридору следом за собакой, Матвей пытался понять, откуда пёс умудрился узнать о существовании сейфа и что за препарат они вообще нашли. А самое главное, почему Рой так упорно повторяет, что находка нужна им обоим?"

"Убедившись, что ответы на свои вопросы он может получить только от собаки, проводник ускорил шаг и, догнав пса у самого выхода, мимоходом погладил его по мощной, жилистой шее.

– Всё будет хорошо. Теперь будет.

– Откуда ты узнал, где нужно искать? – спросил Матвей.

– Увидел.

– Где? Когда? – не отставал проводник.

– Когда лежал там. Их главный долго смотрел документы. Результаты анализов, – чуть ли не по складам произнёс Рой. – Потом он много вспоминал про какого-то человека, который оставил ему на хранение препарат, для фиксации. Что это?

– Это когда что-то нужно удержать на одном месте, – как мог, пояснил Матвей.

– Он называл это процесс старения. Там, в документах, всё должно быть написано. Я не понимаю, что всё это значит, и не смог запомнить, – виновато признался пёс. – Я только понял, что этот препарат может удержать наш возраст, и ты перестанешь быстро уставать.

– А при чём тут моя усталость? – растерялся Матвей.

– Я потом постараюсь вспомнить, – тихо ответил пёс, забираясь в машину.

– Тебе плохо, приятель? – быстро спросил Матвей, присматриваясь к собаке.

Пёс явно устал. Тяжело улёгшись на пол, Рой вздохнул и прикрыл глаза.

– Рой, не молчи. Тебе плохо? Ты заболел? – всполошился проводник.

– Нет, я не заболел. Когда тебе плохо, и ты меня трогаешь, я начинаю уставать. А когда устаю я, и ты меня трогаешь, начинаешь уставать ты, – попытался объяснить ему своё состояние пёс.

– Погоди, ты хочешь сказать, что мы с тобой поддерживаем друг друга своей энергией? – удивился Матвей.

– Наверно, – равнодушно отозвался пёс. – Не знаю, как объяснить. Я посплю.

– Конечно, отдыхай, приятель, – ответил проводник, ласково поглаживая его.

В следующую минуту на Матвея вдруг накатила слабость. Голова закружилась, и он едва не рухнул на пол. Забравшаяся в салон Дана едва успела поддержать его. Прислонив друга к спинке сиденья, она обеспокоенно заглянула ему в глаза и, ловко пощупав лоб, спросила:

– Тебе плохо? Где болит?

– Всё в порядке, – прохрипел Матвей. – Просто перенапрягся, похоже. Сама знаешь, три недели на койке, и с ходу в бой. Тяжело.

– А кто тебя торопил? – возмутилась девушка. – Лежало это барахло в том сейфе, и пусть бы дальше лежало.