Гладиаторы

В этом плане что звери, что бабы – одинаковые, – усмехнулся генерал.

– В каком смысле? – не понял Матвей.

– Едят за троих, капризничают за пятерых и вечно всем недовольны, – развёл руками Лоскутов. – Вот и Тейла твоя такая же. Растолстела, на всех огрызается и спит, где ей вздумается. А Данка ещё и на меня рычит, что я её пытаюсь с дивана согнать.

– Потерпите, это не долго, – улыбнулся Матвей. – Её к ветеринару водили? С кутятами всё в порядке?

– Здорова, как та лошадь, – отмахнулся генерал. – Нет, правда, её действительно можно в телегу запрягать. Дури-то немерено.

Раз решил её с дивана турнуть, так она меня в ответ так башкой двинула, что я сам слетел.

Услышав эту историю, поведанную смущённым генералом, Матвей не удержался и, несмотря на постоянную ноющую боль и кучу проблем, от души рассмеялся.

– Тебе весело, а я до сих пор поверить не могу, – продолжал возмущаться Лоскутов. – Смахнула, как сверчка за печку.

– Зато теперь вы точно знаете, что это за порода, – ответил проводник, продолжая смеяться.

– Да уж. Теперь точно знаю, – кивнул генерал и, поднявшись, добавил: – Всё, мне пора.

А ты лечись и побыстрее поднимайся. Дел у нас невпроворот.

– Поднимусь. Обязательно, – решительно кивнул Матвей.

* * *Совещание совета офицеров проходило в памятном Иевлеву конференц-зале. Но на этот раз здесь собрались не небожители, а люди, заработавшие свои звёзды потом и кровью. Вопрос, вынесенный на обсуждение, был один, но решать его должны были все. После разгрома пришельцев людям предстояло многое начать сначала. За несколько суток массированной атаки были уничтожены десятки поселений, сожжены посевы и нарушена созданная уже после войны инфраструктура.

А самое главное, что это нападение никак не изменило положения на северных границах страны. Пытавшиеся высадиться там английские войска продолжали отчаянно драться. А после того как с позиций пришлось снять системы залпового огня, положение ухудшилось. И вот теперь совету офицеров предстояло решить, как лучше сделать. Уничтожить только войска противника или решить вопрос кардинально? Одним ударом.

Все собравшиеся отлично понимали, что в случае принятия решения о кардинальном ответе вся ответственность за это решение ляжет на них.

Несмотря на опыт, закалку и беспокойство за страну, у этих людей существовало ещё и такое чувство, как совесть. Жить с осознанием того, что где-то за морем по твоей воле осталась только выжженная земля, трудно. Даже для тех, кто привык посылать солдат на смерть.

Совет открыл Иевлев, как хозяин центра. Поднявшись, он обвёл собравшихся долгим, настороженным взглядом и, откашлявшись, сказал:

– Итак, товарищи офицеры, вы все знаете, для чего мы собрались.