Госпожа страсти, или В аду развод не принят

Хоть бы снег быстрее выпал, что ли…

– А чего откладывать?

– Гриш, там так льет…

– Ты ж не на трамвае поедешь, люк в джипе не открывай, вот и не промокнешь. Давай, Наковальня, шевелись.

""Черт тебя подери! – подумала она, положив трубку. – В такую погоду я предпочитаю лежать под мягким пледом и читать книжку, ну, или сидеть перед зажженным камином с чашкой зеленого чая и смотреть на огонь, а не рассекать по трассе на машине!""

В доме было тепло, пахло свежим яблочным пирогом и еще какой-то выпечкой. В камине потрескивали березовые поленья, отсветы пламени отражались в стоящем на столике большом бокале. Как можно добровольно выбраться из этого уютного места под непрерывный дождь? Коваль поежилась, представив, как противно на улице…

– Женя! – Она встала с дивана и выглянула в коридор. – Ты где?

– В кухне, – отозвался он. – Тебе что-то нужно, киска?

– Ты мне нужен, собирайся, едем к Бесу.

– Зачем?

– Знала бы я…

Хохол недовольно поморщился – они собирались провести тихий, спокойный вечер пятницы, отпустив всю охрану и Дашу в город. Теперь же придется ехать к черту на рога и домой возвращаться тоже затемно – посиделки у Беса всегда затягивались. И пацаны опять без выходного остались. Но спорить и высказываться Женька не стал, понимая, что бесполезно, просто позвонил в коттедж охраны и велел Севе с Геной собираться.

– Что ему от тебя надо? – уже сидя в машине, спросил Хохол, взяв Марину за руку.

– Сейчас все и выясним. Надеюсь, что ничего особенного, так, опять выпить не с кем, – отшутилась она, но в душе была просто уверена, что у пахана есть какое-то дело.

…Особняк Беса находился в самом центре города. Это был старинный дом, который Гришка выкупил у городской администрации и очень быстро привел в порядок.

Коваль вышла из машины прямо перед крыльцом, так как ее ""Хаммер"" бесовская охрана знала и всегда пропускала беспрепятственно. Шел дождь, двор превратился в сплошную лужу, впору кораблики пускать, Марина сразу замерзла и поежилась, но дверь наконец-то открылась, и они вошли внутрь. Вежливая девочка в джинсиках по колено и белой кофточке взяла у Хохла Маринино пальто, потом показала рукой направление, в котором нужно следовать, и через несколько секунд Коваль оказалась перед глазами Беса, развалившегося в кресле у телевизора.

– Привет, красавица! – Он встал и обнял ее, подводя ко второму креслу. – Парни, свободны, нам пообщаться надо. – Это относилось уже к ее охране и непосредственно к Хохлу, который с некоторых пор предпочитал все время находиться рядом. – Хохол, оглох, что ли? Иди посиди с пацанами. – Но Женька ждал только Марининого слова, не подчиняясь никому, и она кивнула:

– Иди, Хохол.

– Слушай, он всегда такой бронебойный? – проводив глазами телохранителя, спросил Бес.