Госпожа страсти, или В аду развод не принят

Коваль даже растерялась сначала, увидев въезжающие в ее двор Гришкины машины, гостей не ждала, собиралась прокатиться в салон красоты и немного привести себя в порядок, а тут такое…

Но вид Беса, вываливающегося из машины с огромным букетом роз, убедил в том, что придется отложить свои дела и пообщаться с паханом. Пижон Гришка галантно преподнес ей цветы, поцеловал ручку и засмеялся, глядя на удивленное лицо:

– Что, не ожидала?

– Честно – нет, – призналась Марина, стараясь не уколоться о шипы.

– А я вот соскучился, решил в гости заехать. Примешь?

Можно подумать, у нее был большой выбор вариантов! ""Нет, Гриша, езжай-ка, откуда приехал!"""

"– Проходи, что на пороге-то разговариваем, – спохватилась Марина, впуская его в дом. – Хохол, у нас гости!

– Я понял, – отозвался он, выходя из каминной, где пытался развести огонь. – Здравствуй, Бес.

– Здоровее видали! – отшутился Гришка. – Как дела?

– У прокурора дела, а у нас – так, по мелочи, – Хохол вопросительно глянул на Марину, но та пожала плечами – сама не могла понять истинную причину этого визита. – Даша, кофе! – крикнул он в открытую дверь.

– А что же только кофе-то? Может, промочим горло, а, Коваль? – Бес кивнул вошедшему вместе с ним телохранителю, и тот достал бутылку текилы.

– Обалдеть! – засмеялась Марина. – Я же не пью, мне нельзя.

– Но нам-то можно, да, Хохол?

Лицо Женьки выражало неземную муку, он и от последнего загула еще не совсем оправился, а тут по новой, но деваться было некуда.

– И по какому поводу банкет? – поинтересовалась Коваль, когда Хохол с Бесом выпили по первой.

– Ну, догадайся, ты ж умная!

– Гадать не буду – не в цирке, захочешь, скажешь сам. – Марина пила чай и изучала Гришкино лицо, надеясь хоть какой-то намек уловить, но оно было непроницаемо.

– Неинтересно с тобой, Наковальня, такая ты вся правильная, – вздохнул он, отправляя в рот лимон с солью и морщась.

– Я-то? – насмешливо протянула Марина, поставив кружку на стол. – Ну, ты первый, кто сказал об этом! В жизни своей никогда не была правильной, это не мое.

– Знаешь, – вдруг совершенно серьезно сказал Бес, прекратив гримасничать и ухмыляться, – а ведь сегодня у Черепа день рождения, и было бы ему всего сорок три года…

Марина ничем не выдала своего состояния, только пальцы, потянувшиеся к пачке сигарет, чуть дрогнули.

– Я этого не знала…

– Я захотел вспомнить о нем с кем-то, кто его знал, а кто, кроме тебя, Наковальня… – Глаза Беса заволокло влагой, и это точно не была текила. Марине даже не по себе стало от этого зрелища.

Ей вдруг вспомнилось лицо Олега, его шрам через левую щеку, белевший всякий раз, когда Череп злился, его глаза…

Рука потянулась к Женькиному стакану.