Госпожа страсти, или В аду развод не принят

А сам все чаще и чаще видел во сне жену и мечтал о том времени, когда сможет поехать в Россию…

И вот – он здесь, и она с ним, лежит в его объятиях и напряженно думает о чем-то. Как бы Егор хотел знать, о чем именно…

Марина пошевелилась, провела рукой по его лицу:

– Егор… мне пора домой…

– Что, Хохол ревнив по-прежнему? – насмешливо спросил Малыш, не отпуская ее от себя."

"– А чему ты удивляешься? Да, он по-прежнему ревнив и по-прежнему готов голову оторвать любому, кто не так на меня глянет. Знаешь, я тебе еще одну вещь скажу – я поняла, что неважно, любишь ли ты, главное, что тебя любят.

Когда его похитили, а потом он лежал, раненный в легкое и со сломанной ключицей, я места себе не находила, все время возле него была, потому что испугалась – вдруг потеряю? – Марина протянула руку и взяла сигарету. – Представила, что останусь одна, что никто больше не посмотрит на меня с обожанием, никто не кинется выполнять каждый каприз, не закроет собой, если что… не потому, что должен так сделать, а потому, что любит и готов. Это эгоистично, я знаю, я и от тебя все время требовала самопожертвования… И ты пожертвовал – но оказалось, что не собой, а мной. Жизнь какая-то странная…

– Не плачь, моя родная, – Егор поцеловал ее в щеку, потом вдруг взял лицо в ладони и принялся целовать куда придется. – Девочка моя… Давай пошлем всех к черту, будем опять вместе, соглашайся, ведь мы пропадаем друг без друга, нельзя так жить… я прошу тебя, я сделаю все, что ты скажешь, проси все, что в голову взбредет!

– Ты не хуже меня знаешь, что так не будет… Давай прекратим мучить себя и окружающих, от нашей с тобой любви кругом одни проблемы, – вырвалась из его рук Марина.

– Не смей уходить вот так… Я прошу тебя, не отталкивай меня совсем, детка, – взмолился Егор, видя, как она встала и начала собираться. – Пусть все идет само по себе, и ты увидишь, что рано или поздно мы опять будем вместе.

– И что – мы станем встречаться тайком, как подростки? И будем на людях делать вид, что незнакомы? Потом ты меня на свадьбу пригласишь, да? – Коваль повернулась к нему, насмешливо взглянув в лицо, хотя смешно не было, скорее реветь хотелось.

– Да не будет уже никакой свадьбы, неужели я настолько скот, чтобы жениться на твоих глазах? – возмутился Малышев. – И Нателка тут вообще ни при чем – я ее сегодня же обратно в Англию отправлю, пусть живет себе спокойно…

– Ага, а она вот так взяла и согласилась! Ты ей в глаза хоть раз внимательно смотрел, психолог хренов? Или ты только мою психологию отлично знаешь? Она ведь не на твои распрекрасные глаза повелась, а на твои деньжищи.