Госпожа страсти, или В аду развод не принят

– У накрытого стола на пол не плюют. Ну, кто еще порамсить захотел? – насмешливо спросил Хохол, небрежно пнув валяющегося на полу парня ногой.

Это было зря – у Беса глаза налились кровью, он вскочил на ноги и заорал:

– Тому, кто уложит этого козла, штука баксов! Ну, уроды, что встали?!

Марина нащупала в кармане ""вальтер"", который, как по наитию, сунула туда, выходя из машины, но вытащить не успела – Бес краем глаза наблюдал за ней и, едва рука скользнула в карман, тут же перехватил ее, выворачивая:

– Куда? Не лезь в мужские разборки, женщина!

– Пусти меня! Это не разборки, это беспредел под пьяную лавочку – такая кодла на одного поломанного! Козлы!

– Скажи спасибо, что за козлов по морде не получишь – я баб не бью! – Он толкнул ее на стул, с которого Марина едва не упала, а сам повторил, поскольку никто не двинулся с места: – Что, очко играет? Юбки наденьте, телки беспонтовые! Вон баба перед вами – не побоялась на меня руку поднять, а вы одного инвалида толпой поломать боитесь! Уроды позорные!

Но вид так и не пришедшего в себя парня заставил ""бесовских"" стоять на месте и не приближаться к Хохлу, сжавшему кулачище правой руки и окидывавшему всех жестким взглядом исподлобья.

– Гриша, я тебя прошу – прекрати цирк, – попросила Коваль, подойдя к пахану сзади и положив на плечо руку. – Зачем нам с тобой своих людей калечить? Что делим? Я ведь признаю тебя, не возражаю – зачем тебе так самоутверждаться? – И, странное дело, Бес как-то сник и сел за стол, махнув рукой своим, чтобы остыли и тоже сели.

– Тряпки! Ну, давай, Наковальня, накатим с тобой за то, что нечего тебе бояться, покуда у тебя такой бугай за спиной! Иди сюда, отморозок, – угробил парня мне и глазом не моргнул! – это относилось уже к Хохлу.

– Я за рулем не пью – у меня в машине женщина, – буркнул Женька, отказываясь.

Он вообще редко пил при Марине, она видела его пьяным, может, один-два раза за все время, что он был с ней.

– О, похвально! Такую женщину беречь надо, тут ты прав!"

"Словом, удалось спустить все на тормозах и через час тихо уехать, оставив кодлу гулять дальше. В джипе Коваль дала волю эмоциям, разоравшись на ни в чем не повинного Хохла:

– Почему ты позволил развести себя?! А если бы они тебя всей толпой окучили, тогда что?

– Не окучили ведь! – пожал плечами Женька, не отрывая взгляда от дороги.

– Ты дурак! Ты вообще понимаешь, что чуть не произошло?

– Да не было бы ничего, – отмахнулся он. – Что такое пьянь? Так, семечки.

– Семечки?! – вспылила она. – Это по одному – семечки, а толпой?!

– Что ты завелась? Все нормально, едем домой…

– Ты обо мне подумал, когда понтовался там?

– А ты всегда обо мне думаешь? – отпарировал он, обгоняя еле плетущийся перед ними грузовик.

– Это другое!

– Нет, дорогая, то же самое.