Горец

Ты говоришь о детях, а на деле тебе они не нужны…

— Не неси чушь! — раздраженно проводит ладонью по волосам, встает. — Я давно не думаю о разводе. И да, я спокоен, потому что считаю данному событию еще не пришло время.

— Да, признайся уже, что тупо не хочешь от меня детей. Какой мужик будет против сына? Да вы только о нем и грезите.

— Не надо всех равнять под одну гребенку. Я и дочке буду рад, — подходит к раковине, берет тест и смотрит результат. Задерживаю дыханию. Сейчас я полностью в моменте, в котором решается моя судьба, мое будущее, мое счастье.

— У меня там в рекламном отделе запара, я тебе скину макеты, над которыми бьются уже не один день, и все никак не родят слоган и картинку, — выбрасывает тест, заранее засунув его в коробку, понимаю, что результат такой же, как в прошлом месяце. Не хочу плакать, но плачу, отвернувшись от Давида.

— Ален, ну чего ты? Ты совсем зациклилась на этой идеи родить ребенка прям сейчас.

— Ты меня бросишь, я уже чувствую, как ты теряешь ко мне интерес. Стал вновь поздно приходить, рано убегать, секс последний раз вообще какой-то бытовой, для галочки. Выходные у тебя работа, а мы с Хадей сами по себе… Варя опять к тебе вернулась, поэтому ты так?

— Да забудь ты уже о Варе, я ее перевел, как только мы вышли на работу с новогодних каникул. Еще скажи, что ревнуешь меня к Лидии Михайловне, — смеется, я смеюсь вместе с ним. К Лидии Михайловне не ревную и не подумаю, глядя на эту женщину, с трудом верится, что она умеет улыбаться, шутить. Сверкать своим бюстом перед начальством ей и в голову не придет, а вот принести травяной чай, напомнить об обеде — это да, муж теперь у меня под надежным присмотром.

— Ален, — разворачивает к себе, берет в ладони мое лицо. Долго смотрит в глаза, нежно гладит по щеке. — Давай ты не будешь заморачиваться по поводу беременности, прекратишь считать дни овуляции, высчитывать лучшие дни для секса. Расслабься и просто наслаждайся жизнью, — чмокает в нос, смотрит на наручные часы.

— Во сколько ты сегодня придешь?

— Постараюсь в семь, я тебя услышал по поводу своих приходов и уходов.

— Извини за этот приступ истерики, — обнимаю Давида, вдыхая уже такой родной запах. — Ты же знаешь, я просто люблю торопить события.

— Все хорошо. Я убегаю, уже опаздываю навстречу, — выхожу вместе с ним из ванной, идем на кухню. Хадя сидит за столом, болтает ногами и смотрит мультик. Увидев нас, хватается за ложку и делает вид, что ест кашу.

— Я ушел, — целует дочку в макушку, потрепав волосы, потом чмокает торопливо в уголок губ меня и убегает. До вечера его не будет, если придет в семь, значит есть шанс, что поужинаем вместе.

— Какие у нас планы? — убираю тарелку с почти нетронутой кашей, достаю творожок, бананы и завариваю чай. Хадя вопросительно смотрит на меня.