Граф Суворов. Том 13

Или даже графа Суворова, лишь бы мне не мешали заниматься важными делами.

— То есть не мешали править. — закончил за меня мысль Филарет. — И для этого ты готов пойти на всё, даже обманывать народ, представляясь святым.

— Вы меня вынудили. — спокойно сказал я, глядя прямо в глаза патриарха. — К тому же, это была именно ваша идея. И нимб, и крылья. Я до последнего не хотел их использовать, но ваше воинство Христово и конфликт с остальными религиями. Так не должно быть, у нас один враг, а вы тянете одеяло на себя.

— Один ли? — грустно усмехнувшись спросил Филарет.

 — Я не позволю тебе возродить духовную канцелярию, в России останется патриарх!

— Если это всё что вас в данный момент беспокоит, я совершенно не против. — ответил я, пожав плечами. — Пока вы не мутите воду и не мешаете мне защищать страну — можете делать всё что вашей душе угодно.

— Моё дело — вести паству к истинному свету. Ко Христу. — сурово зыркнув на меня сказал патриарх. — Ты же обманываешь их, предстаешь лжепророком и лжемессией. Антихристом во плоти!

— Ещё раз, это ваша идея, не моя. И не угрожай вы ради глупых амбиций обрушить фронт, поставив под угрозу миллионы людей, я бы не стал прибегать к столь грязной уловке.

 — ответил я, не отводя взгляд. — Вы вынудили меня пойти на это, так что это только и исключительно ваша вина. Хотите, чтобы я отказался от навязанного вами образа? Нет проблем, но в начале вам придется предстать перед судом ваших же собратьев, архиепископов и повиниться во всем произошедшем. Посмотрим, останетесь ли вы после этого на патриаршем престоле.

— Любой обман, каждая ложь рано или поздно становятся явными.

 — проговорил патриарх, и скривился, когда я в ответ лишь кивнул на одиноко лежащий на столе кристалл памяти.

Догадываясь о готовящемся мятеже, мы естественно озаботились записями всех встреч, всех отказов от боеприпасов или поддержки судов. Фиксировали и запрет со стороны церкви и командующих воинства Христова на проверки и ревизии. Сохранили записи переговоров за несколько дней до готовящегося похода на Петроград.

— Стоит нам это опубликовать, и авторитет церкви существенно пошатнется. — проговорил я, глядя прямо в глаза Филарету.

 — Нет, он безусловно останется очень велик. А учитывая создаваемый мною образ — даже увеличится…

— Но это ложь. — нахмурившись проговорил Филарет."

"— Не больше, чем ваши цели для воинства Христова. — отмахнулся я. — Итак, ваше условие я услышал — сохранение текущего церковного устройства…

— Россия должна быть православной! — настойчиво сказал Филарет.

—…будь на доре век пятнадцатый, или даже семнадцатый, я бы согласился. — покачав головой ответил я.