Измена. Чужая истинная (СИ)
— Ну, как? Стоила она того, твоя хвалёная истинность, м? — в угольно-чёрных глазах дракона колючая злость. — Разве у меня был выбор? — вжимаюсь в стену за спиной, отворачиваюсь, чтобы спрятать от него синяк на щеке, оставленный мужем. В защитном жесте накрываю ладонями огромный живот. — Уже не важно, — делает шаг, ещё один. Заполняет собой всё пространство. Нависает. Давит. — Я. Тебя. Забираю. — Но мой муж… мой истинный… — Забудь. Теперь ты моя.
Мэрвир?! Он это серьёзно? Его тяжёлый подчиняющий взгляд мигом гасит несмелые мысли протеста. Я выскажу их позже. Наедине.
— Идём, Ла-на, — приказывает тихо и мягко тянет меня за собой. — Я покажу тебе твои комнаты и объясню, что от тебя требуется.
Скриплю зубами. Даже отец и муж не обращались со мной так... потребительски. Сардару повезло, что я приучена не устраивать публичных сцен. Я приберегу их для него лично, хорошо, что подходящий повод и обстановка вот-вот представятся.
А сейчас я лишь нервно улыбаюсь уголками губ и позволяю ему увести себя прочь от десятков любопытных липких взглядов, в каждом из которых ничего, кроме колючей неприязни.
Кусаю губы, пока мы рука об руку пересекаем площадь и поднимаемся по ступеням величественного замка, высеченного в чёрной скале. Если бы не весь ужас ситуации, я бы сейчас в восхищении глазела по сторонам, но обстановка не слишком располагает к восторгам.
Сардар уверенно ведёт меня вверх по лестнице и налево по коридору. Лакеи и горничные в форменных чёрных ливреях низко кланяются и расступаются.
Ноги в сандалиях на тонкой подошве ступают по холодному каменному полу. Звук шагов эхом отлетает к потолку. Из стен тут и там торчат горящие факелы. Атмосфера кажется жутковатой, словно меня привезли в логово чудовища из страшной детской сказки.
Вот только я давно не девочка, и сказки тоже стали взрослыми и опасными.
— Сардар! — поворачиваюсь к дракону, когда мы останавливаемся напротив одной из дверей.
Он не реагирует. Молча открывает тонущую в темноте коридора дверь и подталкивает меня внутрь.
Растерянно замираю на пороге, после чего слышу за спиной щелчок и звук проворачиваемой металлической задвижки. Ну, вот и всё. Я в ловушке.
Взгляд упирается в огромную кровать у стены с массивным балдахином из чёрной парчи и столбиками из эбенового дерева. Смотрю на неё расширенными в ужасе глазами и вздрагиваю, когда мне на плечи ложатся горячие мужские ладони.
— Расслабься, Лана, — раздаётся над ухом бархатным голосом.
Расслабиться? Как я могу расслабиться, когда я заперта наедине с чужим мужчиной? Сардар когда-то успел снять перчатки, и теперь его руки жгут мне плечи, даже через плотную ткань дорожного плаща.
Вместо того, чтобы расслабляться, я, наоборот, напрягаюсь, сжимаюсь до состояния тугой пружины. Что он задумал? Боже.
Я не вижу его, но чувствую спиной и ягодицами его стальной торс. Медленно и осторожно Сардар ведёт ладонями, смещая их с моих плеч, очерчивает ключицу. Я задерживаю дыхание, готовлюсь в любую секунду дёрнуться в сторону.
Щёлкает застёжка плаща, раздаётся тихий шелест, и в следующий миг мои плечи, грудь и лопатки обдаёт прохладным воздухом. Он снял с меня плащ, только и всего. Фух.
Слышу звук шагов за спиной.











