Измена. Чужая истинная (СИ)

Если Инис, действительно, не отступит, то его схватят. Что с ним сделает Сардар – догадаться нетрудно. И я буду жить с вечным чувством вины. Всё это проносится в голове.

А мы ведь даже не поговорили нормально. Нужно хотя бы сказать ему «прощай» и попросить не искать больше встреч. Как бы то ни было, он это заслужил. И он, и его зверь.

– Хорошо, – киваю ей. – Где он?

Голоса стражи совсем рядом, вот-вот покажутся из-за угла, и шанс упущен.

Гьера отворачивается. Делает несколько движений, нажимая поочерёдно на выступающие камни, после чего часть стены отъезжает в сторону, открывая нам проход.

В лицо ударяет затхлый спёртый воздух. Примерно так же воняло в подземелье. Не очень-то хочется идти туда, но ведь письмо и вправду от Иниса.

– Скорее, леди Алана! – в руках Гьеры оказывается настенный факел.

Мы обе шагаем внутрь узкой ниши, и проход за нами закрывается. Внутри длинный туннель с низким потолком. Приходится пригнуться, чтобы не задеть его головой.

– Весь замок и его окрестности пронизаны этими туннелями, – объясняет Гьера. – На случай нападений или его осады. Блэртаун это город крепость.

– Да, я знаю.

Туннель заворачивает, петляет, разделяется на другие ответвления, но всякий раз Гьера, выбирает направление, не задумываясь. Похоже, она неплохо здесь ориентируется. Наконец, мы упираемся в дверь. Вспыхивает отпирающее магическое плетение, и дверь открывается.

Гьера выглядывает первой, затем оборачивается ко мне:

– Я буду ждать вас здесь, миледи! Постучите, когда будете возвращаться.

Делаю шаг мимо неё и выхожу из подземного туннеля. Не знаю, чего я ожидала увидеть, но явно не то, что вижу сейчас.

Снаружи шумит лес. Вековые кроны деревьев покачиваются на лёгком ветру. Сквозь них виднеются куски хмурого серого неба. Стучит дятел. Пахнет прелой листвой и грибами.

Под моей ногой хрустит ветка. Замираю на месте, когда вижу, как от ствола старого дуба отделяется знакомый силуэт.

Несколько мгновений мы всматриваемся друг в друга.

– Алана! – он делает шаг навстречу и раскрывает объятия.

На Инисе белоснежный камзол. Пепельные волосы развеваются на ветру. Смотрю в его серые глаза. И будто не было последних месяцев, когда всё у нас пошло наперекосяк.

Запястье на руке чувствительно тянет, словно сила истинной метки пытается вырваться через метку фальшивую.

– Инис! – вырывается у меня хриплым шёпотом.

Привычный. Родной. Знакомый. Истинный.

Делаю несколько шагов и останавливаюсь. Ноги не слушаются. Меня разрывает от волнения. Но бывший тут же оказывается рядом. Обнимает. Притягивает к себе, сжимает в объятиях:

– Алана! – шепчет на ухо, жадно сдавливая мне плечи и проводя рукой по волосам. – Как же я скучал, любимая!

Беспорядочно целует мои мой лоб, виски, брови. Оплетаю руками его торс.