Камень. Книга 10

— Вспомни службу Святослава в местном православном храме, там батюшка Владимир делал примерно то же самое. Можешь еще с Кузьминым переговорить, он подтвердит мое непосредственное участие в представлении.

— Твою же!.. — Родитель махнул рукой, и мы с ним ускорили шаг, чтобы догнать остальных. — Но это же… — и опять неопределенный жест рукой, — просто замечательно, сынок! Великолепно! — Лицо отца посветлело, а потом он опять нахмурился. — Почему не предупредил? А если бы все пошло не так? Особенно в присутствии царственных особ?

— Риск — благородное дело, — вздохнул я. — Зато теперь о Русских вечерах будут слагать легенды."

"— Ладно, завтра поговорим, — вздохнул он в ответ. — А мне надо отца с матерью предупредить, чтобы они на наведенных тобой эмоциях слишком много нашим певунам не наобещали…

* * *

С фуршета, последовавшего за концертом, мне удалось вырваться только в половине двенадцатого ночи под предлогом неважного самочувствия. Соню еще раньше в Монако отправили ее родичи — оказалось, девушка со всеми этими вечерними и ночными мероприятиями не в первый раз пропускает сеанс видеосвязи со своей матерью.

В княжество я добирался на Ванином «гелике» с ним самим за рулем и с Прохором на заднем сиденье. Воспитатель уже успел высказать мне свое «фи» за опасную инициативу и наведенные восторги по поводу классической музыки. С колдуном разговор был более предметен — Ванюшу интересовала каждая техническая деталь произошедшего.

— Надо будет тоже как-нибудь попробовать, — в конце концов заявил он мне. — А ты, царевич, меня подстрахуешь. Договорились?

— Без проблем, — кивнул я и хмыкнул: — Вот завтра в театре и состоится твой бенефис под лозунгом «Российская культура в европейские массы».

Задумавшийся Кузьмин ответить ничего не успел — на заднем сиденье заерзал Прохор:

— Э-э-э, отставить бенефис! Только после прямого приказа государя!

Тут из задумчивости вышел Ванюша:

— А идея не так чтобы и плоха, царевич… Можно попробовать.

— Вы что, меня не слышите? — голова воспитателя появилась между передних сидений. — Только после прямого приказа государя! Или я буду вынужден прямо сейчас доложить о ваших коварных планах цесаревичу.

Кузьмин хмыкнул:

— Опять повелся, Петрович? Сколько же можно?

Голова воспитателя исчезла из проема:

— От вас двоих всего можно ожидать… Эти ваши колдунские способности явно на голову не в лучшую сторону влияют.

Мы с Ваней переглянулись, хохотнули и приступили к обсуждению дальнейших планов на ночь, итог которым опять подвел Прохор:

— Делайте что хотите, но лично я из этого уазика никуда выходить не собираюсь. А ты, Лешка, когда переоденешься, заскочи ко мне в номер и прихвати нормальный пиджак, иначе меня эти фалды от фрака точно задушат.