Измена. Жизнь заново (СИ)

"

"– Ты меня тоже, – хмыкнула я.

– Слушай, ладно. Я не буду устраивать сцен. Я сам виноват. Будем считать, у нас один-один, – произнес Паша, как-то внимательно рассматривая меня.

– Вот и ладненько. А теперь езжай домой и…

– Ты поедешь со мной, – твердо произнес он.

– Не поеду. Да и зачем я тебе? Я же бревно, и ты меня не хочешь.

– Хочу! Вот прямо сейчас, знаешь, как хочу? Ты для меня в новом свете предстала.

Он что, из тех, кого возбуждает, когда его жена спит с кем-то другим? Или внезапный интерес со стороны такого брутального самца, как Есенин, резко повысил мой статус в его глазах и добавил мне очков?

А у него своего мнения нет? Фу! Стало противно.

– Паш, давай на этом закончим, а? Я устала и хочу домой, – процедила я сквозь зубы.

– Тебе разве не говорили, что женщина должна быть мудрой? Что она должна прощать? Вот мне сейчас тоже очень больно от твоего предательства, но я же не собираюсь из-за этого разрушать семью!

Он серьезно? Как он так все перевернул? Выставил меня предательницей, а себя всепрощающим мучеником, берегущим семью!

– Ты совсем обалдел? – я даже задохнулась от возмущения. – Я была тебе верна, когда ты мне изменил! Все, мне надоело слушать этот бред! Прощай, Павел!

Я отстранилась от него, но муж явно не собирался меня так просто отпускать и схватил за руку.

– Куда собралась? К своему любовнику? – зашипел он.

Глава 26

– А даже если и к нему? Тебе-то что? У тебя Лида есть! Пусти! – я попыталась вырвать кисть из его цепких пальцев.

– Я тебе сейчас эту руку вырву, на хрен! – услышала я приближающийся грозный рык.

Павел тут же выпустил мое запястье. Демид, в мгновенье ока оказавшийся рядом, одной рукой сгреб лацканы пиджака Павла, и тихо, раздельно и очень четко произнес:

– Я запрещаю тебе к ней приближаться.

Почему-то этот тихий низкий тон был даже страшнее его рычания.

Павел кивнул, но глаза при этом светились злобой. Есенин выпустил его и тот отшатнулся.

– Я этого так просто не оставлю, ясно? – пригрозил он мне и, гневно развернувшись, пошел к своей машине.

Демид остановился рядом со мной и хмуро смотрел на то, как серебристая машина моего мужа выезжает с парковки.

– Почему вы, женщины, вечно выбираете каких-то …? – недоуменно спросил он.

– Вы очень грубый. Мне неприятно, когда вы материтесь.

– Извини. Чудаков. Я имел в виду, почему вы вечно выбираете таких чудаков?

– Так на них же не написано, – пожала плечами я.

– Да все у него на роже написано! Куда ты смотришь-то? – хмыкнул он. – Ладно, поехали.

– Куда это? – насторожилась я.

– Ко мне поедем. Не, сначала в ресторан, я голодный.

– Демид, я с вами никуда не поеду. Хватит за мной ходить. Я не ваша девушка и встречаться с вами не собираюсь, – устало сообщила я ему.

– Почему это? – скептически поднял он бровь.